ТУТаев вам – не глубинка

ТУТаев вам – не глубинка

О том, почему в большой стране выживать легче

Народы Молдовы и России связывает гораздо больше, чем кажется на первый взгляд. Нас пытаются убедить, что мы разные, но на самом деле у всех нас после распада СССР появились похожие проблемы. При этом мы близки ментально, хотя в последние годы очень мало знаем друг о друге.

 

Город на два берега

Тутаев, как и многие российские населённые пункты, расположенные на Волге, разделён на две части водами великой реки. Когда-то, ещё до 1918 года, он гордо назывался Романов-Борисоглебск. Обе части древние, славятся они старинными храмами, купеческой архитектурой и прекрасными видами. Берега как будто соревнуются, кто из них краше. Романовская половина расположилась на левом берегу Волги, украшенном красно-белой Казанской церковью.

Объединяющего берега моста в Тутаеве никогда не было. Летом через Волгу ходит паром, а в межсезонье жители ездят на работу с одного берега на другой через Ярославль или Рыбинск. В начале 1970 годов на правом берегу был возведён крупнейший в Ярославской области моторостроительный завод. На левом же, с жителями которого удалось поговорить, больших промышленных объектов ныне нет. Тем не менее Тутаев нельзя ассоциировать с российской глубинкой. Глубокая провинция начинается за пределами города.

Священник Максим Викленко – настоятель 10 храмов. Из них действующая только Казанская церковь. Остальные девять, разбросанные по окрестным деревням, почти никто не посещает. Сейчас задача батюшки законсервировать древние величественные храмы, дабы они окончательно не были разрушены временем и непогодой. Как уточняет отец Максим, раньше один храм возводился на 500 дворов. Сейчас на службу приходит 5–6 человек. Настоятель верит: если появится программа поддержки сельского хозяйства, люди вернутся в сёла.

– У нас прекрасный городок, и раньше всё было взаимосвязано. До распада Союза в Романове было развито овцеводство, потом местная фабрика перестала принимать овчину – и вся инфраструктура посыпалась. Всё, что было связано с сельским хозяйством, признали нерентабельным. Если раньше наблюдался отток в разные города, то сейчас уезжают только в большие, – утверждает отец Максим. – Я сам по профессии агроном, окончил московскую Тимирязевскую сельскохозяйственную академию. Потом стал священником, езжу по деревням и наблюдаю картину разрухи. На развитие сельского хозяйства нужны дотации государства, как это было раньше, необходима большая государственная программа. Люди с образованием остаются невостребованными. Кому, к примеру, нужен агроном в деревне, которая кое-как держится на плаву? Наши бабушки и дедушки живут за счёт пенсии, которую заработали в советские времена. Но в целом у нас разруха богатая, в большой стране людям выживать легче.

Если какой-то населённый пункт выглядит непрезентабельно, значит мэр и его помощники очень плохо работают.

Возвращение русских

В Тутаев постепенно возвращаются русские люди, жившие раньше в разных уголках Союза. А ещё здесь осело немало молдаван, которые благодаря своему трудолюбию успешно осваивают российскую «разруху».

Администратор магазина Тамара Масленикова на рубеже развала СССР почти пять лет жила в Молдавии – сначала в Кишинёве, а затем в Шолданештах, где строили подземную базу для ракетных войск. Её муж был военным. Именно тогда грянула волна необузданного национализма. Когда муж уезжал сдавать отчёты в Одессу, она запиралась с детьми в квартире и держала наготове охотничье ружьё. Местная молодёжь, агрессивно настроенная против русскоязычного населения, безобразила по-взрослому. Конечно же было страшно. Даже те, кого она считала подругами, оказались по другую сторону. В итоге городское жильё и домик в деревне были брошены. Семья вернулась в Россию.

– В Тутаеве, кроме торговли, почти ничего и не осталось, – сетует Тамара. – Торговых точек много, а покупатели не очень богатые. Минимальная пенсия у нас – чуть больше 9 тыс. рублей, а прожиточный минимум – 11 тысяч. Зато у наших людей есть свои огороды, собственная продукция. Им легче.

Работник левобережной Тутаевской библиотеки Марина Курлина вернулась на родину из Баку гораздо позже времён перестройки, но по тем же причинам. В родных местах для неё нашлась работа, которая нравится тем, что несёт просвещение.

– У нас много читающих людей, – говорит М. Курлина. – В основном это люди среднего возраста, которые привыкли держать в руках книгу. Они отдают предпочтение лёгким жанрам – видимо, хотят отвлечься от забот. Классику в основном читают школьники. А молодые люди черпают информацию в интернете. Им особо некогда ходить в библиотеку, потому что все работают на выезде.

В старинном здании библиотеки печное отопление, которое создаёт уют и особую атмосферу. Нередко здесь собираются местные шахматисты, чтобы разыграть несколько партий. Среди них и студент Андрей Ткач.

– Сейчас я учусь в вузе, чтобы получить профессию криминалиста, но молодым людям у нас в городе найти работу сложно, – рассказывает молодой человек. – Если есть своя машина, можно трудоустроиться в большом городе. В будущем я планирую найти работу в Ярославле – у меня есть свой транспорт. 50 км – не расстояние.

Молодые люди из российской глубинки едут искать работу в города, где есть промышленность. И всё-таки они остаются в России. А наши ребята уезжают в другие страны, а Молдову считают большой провинцией. В этом, наверное, единственное, но очень существенное различие между нашей и российской молодёжью.

 

Почувствуйте разницу

Многим российским пенсионерам, получающим минимальную пенсию, кажется, что живут они очень плохо. Но если бы они попробовали прожить на минимум молдавских пенсионеров, да ещё и с учётом стоимости коммунальных услуг, наверняка начали бы ценить своё нынешнее положение. Впрочем, многие так и делают.

– Пенсионеры у нас живут хорошо, – утверждает пожилая жительница г. Тутаева Зинаида Ждановская. – Мне хватает на оплату коммунальных услуг, на покупку продуктов и одежды. Ежегодно нам повышают пенсии с учётом инфляции. Помимо того, нам каждый год просто так добавляют тысячу рублей. Сейчас моя пенсия составляет 16 тысяч рублей. Около 5 тысяч я трачу на оплату коммунальных услуг, около 2 тысяч – на лекарства. Всё остальное – на еду и одежду, да ещё и внукам на подарки хватает. Я не слышала, чтобы кто-то из наших людей обижался на маленькие пенсии.

До перестройки Зинаида Ждановская 36 лет прожила в Риге. Уехала из Латвии, когда к русскоязычному населению стали относиться по-иному. Она говорит, что в России ей дышится свободно. Никто не оскорбляет тем, что она ходит по чужой земле.

Из пяти жителей Тутаева трое вернулись на родину, чтобы не чувствовать себя униженными и быть свободными. Хорошо возвращаться в дом, где тебя ждут. А что касается провинции, то её надо сохранить. Она прекрасна, в какой бы стране ни находилась.

 

Мнение Черных

Застрявшие в безвременье

Я наблюдаю за левобережным Тутаевым ещё с советских времён. Там были какие-то фабрики и заводы, потом всё развалилось. Но в стране реализуется много государственных социальных программ. К примеру, программа расселения жильцов из ветхого жилья, помощь многодетным семьям и др. Когда взгляд упрётся в пустующий разваленный дом, вполне можно предположить, что его прежние хозяева сейчас живут в благоустроенной квартире. И если какой-то населённый пункт выглядит непрезентабельно, значит мэр и его помощники очень плохо работают.

У нас осталось некое советское наследие, которое определялось тем, что было слабо механизированное сельское хозяйство и требовалось много народу. А люди, когда они не нужны, разбегаются. Конечно, молодёжь уезжает из сёл, но все трудятся в городах на заводах. Что касается сельского хозяйства: из-за того что наш край – это уже север, каждый пятый год случаются потери урожая, пропадающего под ранним снегом. Но главная проблема – нет никаких гарантий, что, собрав хороший урожай, его можно будет продать.

Сейчас фермеры на всё берут кредиты, и они боятся рисковать. Период, называемый безвременьем, затянулся. Если кто-то решит прийти в деревню с сельскохозяйственным бизнесом, у него возникнут проблемы с кадрами. Но всё-таки достаточно большие животноводческие комплексы в наших местах строятся. Технологически сельское хозяйство намного продвинулось вперёд и практически не требует ручного труда.

При всём этом уже наблюдается течение навстречу – из города в деревню, хотя это ещё ручейки. Пока лидируют пенсионеры, которые сдают, к примеру, в Москве свои квартиры и живут на свежем воздухе в глубинке. Уверен, что через 50 лет у нас всё будет по-другому.

Юрий Черных,
генеральный директор НПО «Криста», Рыбинск

 

Наталья Устюгова

Facebook Комментарии
Share Button

Оставьте комментарий

Адрес редакции: Кишинев, ул. Дософтей, 122, офис 4. Тел. 022 85-60-88;
Рекламный отдел: +373 22 85 60 99; +373 69 24 51 62 / e-mail: exclusivmedia@mail.ru; zelinskaia_nata@mail.ru
PP Exclusiv Media SRL © Аргументы и факты в Молдове; e-mail: info@aif.md