Три десятилетия в свободном падении

Три десятилетия в свободном падении

Как годы независимости РМ сказались на развитии агросектора и промышленности

В 2021 году исполняется 30 лет со дня развала СССР. За годы советской власти Молдавская ССР, получив возможность развиваться быстрыми темпами, превратилась в процветающую промышленно-аграрную республику, которая снабжала Союз овощами и фруктами.

Но случившийся в 1991 году распад СССР повлёк за собой на всём постсоветском пространстве, как общепризнанно, и стремительное разрушение производственного и научно-технического потенциала, приведшее к кардинальному ухудшению социально-экономической ситуации. Не обошла эта участь и Молдову.

 

В списке аутсайдеров

Рушились кооперационные связи, на многих предприятиях значительно сокращались объёмы производства, генерировались убытки, своевременно не выплачивалась зарплата, а если и выплачивалась, то зачастую собственной продукцией. Массовым явлением стала и ликвидация некогда успешных производств. Во многом это нашло отражение в таком кумулятивном макроэкономическом показателе, как производство валового внутреннего продукта (ВВП).

В целом по СНГ уже в период 1995–2000 годов ВВП по сравнению с 1990 годом обрушился до уровня в 60%. Но затем всё же последовало восстановление прежних объёмов и даже подъём. В итоге в 2019 году (по сравнению с 2000-м) он достиг 202%. То есть в этот период произошло не только восстановление прежнего экономического потенциала, но и существенное превышение уровня 1990 года.

Но в целом это – как средняя температура по больнице. И аутсайдерами по этому показателю стали Республика Молдова и Грузия, которая, как известно, в 2009 году вышла из состава СНГ. А после 2014 года это «лидерство» уже возглавила и Украина. И во многом одной из главных причин подобного провала их экономик стали так до сих пор и не урегулированные национальные вооружённые противостояния, направленные на раздел этих государств.

При этом следует учесть, что падение экономического потенциала в Молдове началось уже в 1990 году, когда ВВП к 1989 г. сократился на 2,4%, а минимум в 33,2% был зарегистрирован в 1999 году. Пока по многим показателям национальная статистика не подвела итоги 2020 года. А вот в 2019 году по отношению к 1989-му ВВП Молдовы всё ещё составлял 79%.

За эти годы в значительной мере было сведено на нет производство семенного и посадочного материалов, выращивание племенного скота и птицы, которые ещё три десятилетия назад были значимой статьёй экспорта, а сегодня в основном импортируются.

Возвращение к примитивизму

Но ещё более драматичной сложилась ситуация в аграрном базовом секторе национальной экономики. Это в годы советской власти республика была общепризнанным всесоюзным садом и огородом с самыми передовыми технологиями возделывания и производства для тогдашней, казалось, могучей страны СССР (См. диаграмму 1).

Именно тогда на волнах эйфории от нежданно-негаданно полученой независимости и последовавшего за этим безалаберного разгосударствления всего и вся уже в первое десятилетие после ликвидации колхозов и совхозов сельское хозяйство Республики Молдова во многом не только утратило свой научно-технологический потенциал, но и в преобладающей мере трансформировалось в примитивное мелкотоварное производство. При этом из сформированных 192,9 тыс. крестьянских (фермерских) хозяйств 189,5 тыс. до настоящего времени располагают площадью сельхозугодий менее 10 га. Да и производство скота и птица на убой (в живом весе) в хозяйствах населения до сих пор составляет 54,2%, яиц 56,6%, а молока вообще 93,5%! Что в свою очередь является главным сдерживающим фактором не только во внедрении современных технологий и повышении конкурентоспособности производимого, но и в уровне доходов производителей и оплаты их труда.

Нынешняя ставка оплаты труда ведущего научного сотрудника с учёной степенью и стажем научной деятельности более 20 лет в научно-исследовательских институтах Молдовы (максимум всех надбавочных коэффициентов) находится на уровне, эквивалентном лишь $500 США.

Что посеешь…

За эти годы в значительной мере было сведено на нет производство семенного и посадочного материалов, выращивание племенного скота и птицы, которые ещё три десятилетия назад были значимой статьёй экспорта, а сегодня в основном импортируются. Местный рынок семян овощной отрасли стал зависим от импорта на 97%, кукурузы – на 60% и подсолнечника – на 70%. Площади сахарной свёклы и рапса вообще полностью засеваются импортным семенным материалом. А некогда высокоэффективная база научно-производственного обеспечения выращивания всего перечисленного влачит жалкое существование либо вообще ликвидирована.

В итоге все эти деструктивные процессы привели к тому, что только за последнее десятилетие розничные цены на свежие фрукты выросли в 3,2 раза, а на овощи – вообще в 5,7 раза.

В целом к началу 2000-х годов объёмы сельскохозяйственной продукции сократились более чем вдвое. Но и в последующее десятилетие динамика восстановления прежнего уровня производства оставалась нестабильной. В итоге в 2019 году объём валового производства сельского хозяйства по отношению к 1989 году составил лишь 66,3%, в том числе продукции растениеводства – 77,9%, а животноводства – вообще 44,9% (См. диаграмму 1).

Плюс к этому в 2020 году Молдова пережила жесточайшее потрясение. По оценкам аграриев, такой гидрологической засухи не было с 1947 года. В итоге производство сельскохозяйственной продукции сократилось ещё на 27,1%, в том числе в растениеводстве – на 35,9%, а в животноводстве – на 3,8%. Во многом такому обвалу способствовало и то, что при советской власти в Молдове орошалось около 300 тыс. га, а сегодня всего-то в пределах 4 тысяч. Это в условиях нестабильного климата и частых засушливых периодов априори предопределяет крайне высокие риски. Особенно на юге страны.

 

Почва уходит из-под ног

К сожалению, проблемы молдавского земледелия на этом не заканчиваются. В последние годы площадь земель с размытой почвой постоянно увеличивается, продвигаясь примерно на 6,4 тыс. гектаров ежегодно. Растут площади, захваченные оползнями, антропически повреждённые – засоленные, солонец, деградированные в результате безответственной ирригации и выкорчёвки и пр. Интенсифицировался процесс разрушения, переуплотнения структуры почв. Баланс гумуса и питательных элементов стал отрицательным (минус 0,6–0,8 т/га). Как следствие, ежегодные потери гумуса из-за эрозии составляют примерно 600 тыс. тонн, или 0,3 т/га. А это уже в целом предопределяет последовательное снижение плодородия почв и деградацию почвенного разнообразия.

Убивают молдавские чернозёмы, мягко говоря, и нерациональные севообороты, при которых на одних и тех же участках в течение ряда лет выращивают лишь технические культуры, такие как подсолнечник, кукуруза и рапс. На многих сельхозугодиях годами не возделываются кормовые культуры – в частности люцерна, восстанавливающая естественное плодородие.

 

«Давальческая» промышленность

Не менее драматична ситуация и во второй базовой отрасли Молдовы – в промышленности, которая в истории глобального развития является одной из главных составляющих экономики высокоразвитых государств, а также стран, не имеющих значительных сырьевых промышленных ресурсов. Общеизвестно, что путём эффективного освоения человеческого капитала в промышленном секторе достигается не только устойчивый экономический рост. Динамичное развитие промышленности способствует также техническому и технологическому прогрессу и во всех других секторах экономики, обеспечивая занятость рабочей силы, создаёт предпосылки для повышения жизненного уровня населения.

Следует осознать и то, что за годы независимости в значительной мере, как и в аграрном секторе, был также утрачен прежний научно-технологический потенциал. И произошло это при фактически повсеместном сворачивании производства наукоёмкой продукции и товаров с высокой добавленной стоимостью, сопровождавшимся последовательным снижением уровня их конкурентоспособности не только на внешних рынках, но и в самой Молдове. При этом уже в первое десятилетие в стране втрое сократились общие объёмы производимой продукции (32,9% в 1999 г. к 1989 г.). Впоследствии начался процесс восстановления, и по итогам 2019 г. индекс объёмов уже составлял 68,2%. Однако во многом это произошло за счёт стремительного наращивания изготовления продукции из давальческого сырья и по документации зарубежных заказчиков (швейные и трикотажные изделия, обувь и её части, кожгалантерея, стулья, комплекты электропроводки к автомобилям). И всё это, как известно, основано на использовании трудовых ресурсов с минимальным уровнем квалификации и оплаты труда, то есть не требующих существенной интеллектуальной компоненты при их производстве.

А в целом в 2019 году из давальческих материалов было изготовлено 20,2% от общего объёма всего произведённого (См. диаграмму 2).

Негативным фактором падения промышленного потенциала стало и его массовое сворачивание в регионах республики. В целом, по итогам 2019 года, 50,7% промышленного производства было сконцентрировано в Кишинёве и 13% – в Бельцах. А в каждом третьем административном районе только по 0,1–0,3%.

В итоге в некогда аграрно-индустриальной республике вклад промышленной деятельности в развитие национальной экономики стал самым низким в регионе. В частности уровень занятости экономически активного населения в промышленном секторе составил лишь 12%, то есть ниже среднемирового уровня, который оценивается в 22,4%.

 

Молодёжь выбирает чужбину

За примитивизацией производимой продукции последовало и кардинальное сокращение востребованности национальной экономики в образованных кадрах. Только за годы так называемого проевропейского правления, последовавшего за ренессансом нахождения у власти Партии коммунистов в 2001–2009 годах, количество студентов вузов, учащихся колледжей и профтехучилищ сократилось практически вдвое. При этом следует учесть, что в результате реформы профессионально-технического образования в 2016–2017 учебном году произошло увеличение продолжительности учебной программы на базе средних учебных заведений с 1 до 2 лет, что соответственно прибавило количество обучаемых, но не их ежегодный выпуск (См. диаграмму 3).

К этому следует добавить и то, что значительная часть наиболее амбициозной молодёжи не только стремится получить образование за рубежом, но и в дальнейшем не связывать свою трудовую деятельность с родиной. На чужбину стремятся и те, кто получил образование в самой Молдове. А всего за рубежом на временной или постоянной основе по ряду оценок уже проживает около одного миллиона молдавских граждан.

Но у многих из них в отчизне остались близкие, нуждающиеся в финансовой поддержке. Как следствие, денежные поступления от физических лиц из-за рубежа уже давно стали весьма существенным вкладом в национальную экономику. С одной стороны, эти вливания сопоставимы с фондом оплаты труда во всех секторах экономики, включая и теневую. Они формируют платёжеспособный спрос населения и во многом нивелируют запредельно отрицательный внешнеторговый баланс (импорт вдвое превышает экспорт). А с другой стороны, НДС и акцизы от импорта более чем наполовину обеспечивают поступления в государственный бюджет страны.

При этом следует учитывать не только официальные денежные переводы в адрес физических лиц. Значительная часть валюты ввозится в Молдову, образно говоря, «в карманах». А адекватно оценить суммарные поступления можно посредством подсчёта сальдо валютных касс по покупке и продаже иностранной валюты, к которому следует добавить прирост либо сокращение банковских депозитов физических лиц опять же в иностранной валюте (См. диаграмму 4).

Наука на гроши

Разумеется, следом за примитивизацией организации производственных процессов сократилась и востребованность в прикладных научных исследованиях. И этот депрессивный тренд наиболее адекватно отражается в таком обобщающем показателе, как удельный вес затрат на науку и инновации в ВВП. Так, если объёмы их финансирования к ВВП с 2000 по 2008 год последовательно нарастали, достигнув 0,6%, то в последующие годы данный процент становился всё меньше и меньше и в 2019 году составил лишь 0,24%. В развитых странах стремятся к 2–3%. При этом в последние годы мировыми лидерами с 4,2–4,3% удельных затрат на науку стали Израиль и Южная Корея.

А учитывая, что там ВВП на одного жителя выше более чем на порядок молдавского, то и их финансовые ресурсы, вкладываемые в науку, уже на два порядка выше. В частности нынешняя ставка оплаты труда ведущего научного сотрудника с учёной степенью и стажем научной деятельности более 20 лет в научно-исследовательских институтах Молдовы (максимум всех надбавочных коэффициентов) находится на уровне, эквивалентном лишь $500 США.

Так стоит ли удивляться тому, что из года в год происходит сокращение количества занятых в этой сфере деятельности? (См. диаграмму 5).

При этом научных работников в возрасте до 45 лет только 37,6%, а 65 лет и старше – 25,5%. Прежде всего подобное старение научных коллективов явилось следствием того, что производство, образование, наука и культура находятся в постоянном взаимодействии друг с другом. И деградация одного из этих компонентов неминуемо приводит к деструктивным процессам и в остальных сферах. Именно поэтому достичь реального процветания государства и достойного жизненного уровня его граждан возможно только при условии их гармоничного симбиоза.

 

Сдерживающие факторы

Разумеется, в стране предпринимаются попытки изменить описанные выше тренды. И с целью привлечения иностранных инвестиций и создания рабочих мест в Молдове были организованы 7 свободных экономических зон. Помимо них, статусом свободной зоны обладают Международный свободный порт Джурджулешты и Международный свободный аэропорт Мэркулешты. В свободных экономических зонах растёт и число субзон, достигшее 34, функционируют 10 промышленных парков.

Однако все эти формирования в основном были направлены на организацию производства продукции по давальческим схемам. А проблемы производства продукции с высокой добавленной стоимостью и наукоёмкой в различных сферах промышленности так и оставались нерешёнными.

И только Постановлением № 748 от 13.10.2020 г. правительство наконец-то утвердило пилотную программу создания многофункциональных промышленных платформ с применением в равной мере технологий среднего и высокого уровня в различных сферах промышленности. Её предполагается реализовать за счёт ассигнований государственного бюджета, а также с привлечением и других источников. Ведь именно подобная практика обеспечила наращивание конкурентоспособного промышленного потенциала в ряде постсоветских государств – в Беларуси, Казахстане, Российской Федерации.

Тем не менее всё же главными факторами, сдерживающими развитие национальной экономики, помимо запредельной коррупции, по-прежнему остаются политическая нестабильность, непогашенный конфликт в Приднестровье, раскол населения по языковым критериям и по приоритетности векторов взаимодействия – Запад и Восток. Апологеты преимущественно западного вектора всячески подчёркивают своё неприятие развития взаимовыгодного сотрудничества с Россией, по сути одобряя все вводимые против неё санкционные меры. Тем самым они в лучшем случае обрекают Молдову на эволюционный путь развития, который неминуемо растянется на десятилетия.

Да, Запад оказывает финансовую поддержку РМ, но, как правило, в своих меморандумах его представители скрупулёзно оговаривают условия такой «помощи», которая зачастую не отвечает национальным интересам Молдовы. При этом следует осознать и то, что он не будет взращивать для себя конкурента в производстве наукоёмкой и высокотехнологичной продукции.

В то же время вторая сторона выступает за прагматичные отношения как с Западом, так и с Востоком. Ибо любое производство имеет смысл только в том случае, если есть кому продать произведённое. А Россия, как и Беларусь, последовательно третируется Западом нарастающими санкциями. И поэтому восточные инвесторы, прежде всего из этих государств, хотели бы организовать в Молдове производства различной продукции для западного рынка. Выражают даже готовность обучать нашу молодёжь в своих вузах, чтобы она в дальнейшем продолжила свою трудовую деятельность на созданных совместных предприятиях. В этом случае период возрождения научно-технологического потенциала мог бы сократиться в разы. Но для этого Молдове необходимо реализовать только одно условие-постулат – «деньги любят тишину». Однако, исходя из нынешней ситуации, об этом пока и речи быть не может.

Михаил Пойсик,
доктор экономики, НИЭИ

Facebook Комментарии
Share Button

Комментарии (2)

  1. У текста доктора экономики Михаила Пойсика совершенно ошеломляющая концовка: “Но для этого [т.е. для выправления ситуации] Молдове необходимо реализовать только одно условие-постулат – «деньги любят тишину».

    – Это что, рекомендация перейти к подпольным гешефтам и противоправным схемам?! Как говорил ещё Салтыков-Щедрин: “Где тайна – там зови прокурора!”

    0
  2. Очень основательная работа ! Браво ! Четко очень все расписано, основательно ! А тишина предполагает не гешефты, а спокойную, последовательную и целенаправленную деятельность в выбранном направлении.

    0

Оставьте комментарий

Адрес редакции: Кишинев, ул. Дософтей, 122, офис 4. Тел. 022 85-60-88;
Рекламный отдел: +373 22 85 60 99; +373 69 24 51 62 / e-mail: exclusivmedia@mail.ru; zelinskaia_nata@mail.ru
PP Exclusiv Media SRL © Аргументы и факты в Молдове; e-mail: info@aif.md