Не генеральская должность

Не генеральская должность

Светлана Доготару – о том, будет ли у Кишинёва генплан и об интригах в мунсовете

В муниципии Кишинёв за последнее десятилетие сменилось несколько главных архитекторов. Каждый из них со временем чем-то начинал не устраивать власть. В конце 2019 года впервые должность главного архитектора столицы по итогам конкурса выиграла женщина. Накануне Дня города Светлана Доготару в интервью «АиФ в Молдове» рассказала, над чем и как работает в новой должности.

 

Главными архитекторами не рождаются

– Светлана, кресло главного архитектора – не самое тёплое место. До вас сменилось уже много предшественников. Как вы решились претендовать на эту должность и участвовать в конкурсе?

– Да, многие сменились и, думаю, тенденция текучести кадров будет продолжаться. Предполагаю, что многие архитекторы примеряют себя к этой должности, которая видится им почти как генеральская, так как это столица, здесь сосредоточены все инвесторы, можно реализовать красивые проекты. Но принимая во внимание то, что творится у нас в городе, – что продвижение любых проектов может зависнуть из-за решений (или их отсутствия) излишне политизированного совета, что полномочия главного архитектора урезаны до выполнения обычных административных процедур, – делает эту должность малопривлекательной.

Когда идёшь на такую должность – ставишь перед собой определённые цели и задачи. В этом нет ничего сверхъестественного. Ты думаешь о городе и о том, что можешь быть полезной в процессах его развития, в улучшении качества жизни горожан; знаешь, что для этого нужно делать; составляешь планы, ставишь задачи и видишь перед собой цель. Но этого недостаточно. Надо чтобы видели эту цель и твои коллеги по цеху, и муниципальный совет. Иначе все твои планы – это лишь мечты.

Пройти конкурс легко. Если с законодательством дружишь, проблем быть не должно. Да и не так много желающих на это место, хочу сказать. А на возникшее вдруг сомнение – надо ли это тебе и зачем – ответ один: городу нужны компетентные специалисты с опытом и знаниями. И, конечно же, это я.

Сразу оговорюсь: я не считаю себя великим архитектором, и в моём портфолио нет масштабных проектов. Сейчас очень модно рассказывать, что ты следуешь принципам строительства города для людей, знаком с трудами Яна Гейла, знаешь, как продвигал развитие Сингапура Лиу Тай Кер. Только при такой текучести кадров в этой должности нам не грозит рождение специалиста высокого уровня. Поэтому приходится довольствоваться тем, что преподносит рынок специалистов, и работать в рамках установленных компетенций, искать возможность сдвинуть с места очень инертный механизм.

Сейчас очень модно рассказывать, что ты следуешь принципам строительства города для людей, знаком с трудами Яна Гейла, знаешь, как продвигал развитие Сингапура Лиу Тай Кер. Только при такой текучести кадров в этой должности нам не грозит рождение специалиста высокого уровня.

В жёстком режиме

– Каким вы нашли положение дел в управлении архитектуры? Или, идя на эту должность, предполагали, что не всё так великолепно, и морально к этому были готовы?

– Работы очень много – бумаги, бумаги, подписи, сроки, претензии. Да, конечно, я знала, что меня ждёт огромный объём работы и была готова трудиться в жёстком режиме, без перерывов – это для меня не проблема. Скорее всего, я не совсем была готова к войне, скрытой и явной, политической и шкурной, в которой нет правил, а есть только интересы и цинизм вперемежку со злобой, мелкими жульническими замашками и впридачу с партийной борьбой. Плюс ещё пандемия, к которой мы все были не готовы. С марта мы работаем в очень сокращённом составе – от 30% до 50% основного списка работников. А никто не отменяет выдачу документов в срок. Более того, пришлось проработать очень большое количество документов по земельным вопросам, которые годами не рассматривались советом.

А положение дел в управлении архитектуры – это не просто вопросы этого отдела, это вопросы города. К примеру, наружной рекламы. Есть отдел, который выдаёт разрешения. Раньше это выполнялось технически, они выдавались без разбора всем заявителям. И мы видим, во что превратился город. Поэтому действующим мэром была поставлена задача привести в порядок улицы и создать такой механизм, который не позволит больше визуальное засорение города и нагромождение рекламы.

– Можно предположить, как на вас это сказалось…

– Отделу пришлось в срочном порядке заняться контролем, предписаниями, разработкой нового регламента, а до его утверждения приостановить выдачу новых разрешений, что повлекло за собой возмущение представителей рекламного бизнеса, озабоченных возможными потерями прибыли. Они обвиняют нас в том, что мы против бизнеса, что рушится целая отрасль экономики в городе. Мы провели с ними много встреч – и на уровне мэра, и на техническом уровне. Пытаемся найти компромисс между городскими интересами и интересами частного бизнеса. Очень важно соблюдать интересы, но главная наша задача – установить чёткие правила для всех и быть предсказуемыми. На этом примере я попыталась рассказать, как обстоят дела в отделе. Пришлось активировать работы, которые ранее не выполнялись, а на фоне постоянной нехватки работников это очень сложно.

Довести до ума

– Вы помните, что сделали в первую очередь, став главным архитектором?

– Первое, с чем я начала работать – это запуск цифровизации и автоматизации рабочих процессов, в которых задействовано управление. Заявки на финансирование – это то, что пришлось срочно писать и обосновывать необходимость выполнения определённых работ. В бюджете управления этого не было и не предвиделось. Хотя об этом все знали, хотели внедрить, но все прежние попытки не доводились до ума – то ли в силу недостаточности проработки, или из-за человеческого фактора. Например, начал один из предыдущих главных архитекторов проводить оцифровывание PUZов (зональных городских планов), а с его уходом куда-то делась и выполненная работа. Никто не знает, что и как было выполнено, поэтому всё начинается с нуля. Это не нормальное явление, поэтому мы сейчас идём по пути внедрения программ комплексного управления территорий, а не просто занимаемся оцифровыванием материалов или рисованием карт.

– Как я понимаю, вы пока ещё в начале пути?

– Да, мы только в начале пути. Нам удалось получить в проекте UNDP средства на конверсию существующего генплана и регламента, а также всех PUZов, которые были утверждены после 2007 года. Очень много вопросов по «красным линиям», которые волюнтаристски передвигались в угоду конкретным заказчикам. Это всё нужно проверять, вносить коррективы и согласовывать их с мунсоветом.

Также мы ввели правила согласования проектов по определённым показателям, которые выписываются из выданного градостроительного сертификата, и на момент согласования проекта проверяется, как они были соблюдены. Выдаётся заключение о соответствии проекта выданному градостроительному сертификату, которое регистрируется в журнале и его всегда можно проверить. Только после этого подписывает проект главный архитектор. Кто-то, может, скажет: ну вот, ещё одна лишняя бумажка. Но она защищает от волюнтаристских решений, подделок, исключает нескончаемые очереди на приём к главному архитектору.

 

Ежедневные приоритеты

– Какие приоритетные задачи поставлены перед вами муниципальной властью?

– В программу мэра Иона Чебана включены разработка стратегии, разработка (корректировка) генплана, цифровизация и автоматизация. Конечно, эти задачи мы приняли к исполнению, но поставили перед собой и другие цели, которые вытекают из некоторых изменений в законодательстве. К примеру, нам приходится разрабатывать в срочном порядке PUZ центральной части города, которая является историческим памятником. В феврале этого года вступил в действие ряд изменений, которые повлекли за собой невозможность выдачи разрешительных документов в отсутствии градостроительной документации. Таким образом выдача разрешительных документов для каких-либо работ в центре города приостановлена. Выдаются только те документы, административная процедура по которым началась раньше принятых изменений.

Если говорить о выполняемых задачах, то уже запущена разработка стратегии. Мы работаем с московской компанией Мастерсплан и с Сushman & wakefield и сейчас находимся на этапе сбора данных и интервью с экспертами. Уже есть утверждённые решения о плане мероприятий по разработке генплана, о принятии спонсорской помощи от румынского фонда. Необходимо подписать контракт и приступить к работе. Также начата и разработка самого генплана. То, что мы выполняем в рамках проекта с UNDP, будет базой данных для него.

Что касается цифровизации и автоматизации, то здесь мы внедряем правительственную платформу по выдаче разрешительной документации. Уже первый этап реализован – заявки на выдачу авторизаций можно нам подавать онлайн. Второй этап – внутренний оборот документов, финансируемый в рамках проекта Всемирным банком, – ещё в работе. Сейчас мы запускаем и проект по внедрению комплексного управления территориями SIG Local. В этом нас поддерживает программа USAID Comunitatea mea.

 

Весь дискурс – на политическом уровне

– А что с генпланом муниципия? Будет он когда-нибудь у Кишинёва? Уже много лет план существует отдельно от застройки города.

– Надеюсь, начнём работать и по генплану. Возня в мунсовете, конечно, особенная в этом вопросе. Некоторые советники стали вдруг урбанистами и делают всё возможное, чтобы не допустить разработку генплана с румынской компанией. Весь дискурс – на политическом уровне. В Бухаресте одна из партий именно на градостроительной документации выдвигает свои предвыборные лозунги, Идёт непрекращающаяся борьба в судах за отмену разработанных документов, заключений. Вот и у нас некоторые советники, при поддержке представителей гражданского общества, тоже пытаются так работать. Только, как и во всём, у нас получается бледная копия того, что происходит у них. Вот и переходит всё в плоскость какой-то мелкой грызни, вычитываются вырванные из закона фразы на конференциях, бесконечно толкаются речи и сыплются обвинения на заседаниях мунсовета. Так прошёл почти год в дискуссиях о том, как мы не хотим получать чужие подарки, потому что придут чужие девелоперы и всех нас обманут. А генплан нужно корректировать, и надо делать это срочно. Если не хотим принимать спонсорскую помощь, значит советникам следует проголосовать за финансирование из муниципального бюджета.

 На данный момент стратегии пространственного развития, развития строительной отрасли, жилищная политика – всё, о чём пишется, – не связано ни друг с другом, ни со стратегией социально-экономического развития. Нет ясного видения картины будущего, размыты и непонятны цели и ценности.

Проблема у нас не только в том, что генплан не исполняется, а и в том, что есть несоответствия с градостроительным регламентом и очень много строительных объектов были возведены в нарушение генплана. Через всякого рода согласования появились объекты во дворах жилых домов, на детских площадках, в центральной части города за счёт городских зелёных зон. Некоторые зоны были сильно востребованы, поэтому появилась очень плотная застройка без соответствующей инфраструктуры. Отсутствуют нормальные дороги, парковки, места для отдыха, школы, детские сады. Необходимо вносить коррективы, пытаться сбалансировать территории города таким образом, чтобы было удобно для проживания. Люди должны полноценно жить в своем городе, а не просто иметь ячейку в жилом здании. Конечно, это непросто, но эти задачи решаются в документах планирования с грамотными специалистами.

Было бы неплохо, чтобы и горизонт видения принимающих решения был дальше предела в несколько месяцев или лет. И важно перейти от решения тактических задач к задачам стратегическим. На данный момент стратегии пространственного развития, развития строительной отрасли, жилищная политика – всё, о чём пишется, – не связано ни друг с другом, ни со страте-
гией социально-экономического развития. Нет ясного видения картины будущего, размыты и непонятны цели и ценности. Всё это можно и нужно увязать в комплексном стратегическом документе, а также в генеральном плане с регламентом его исполнения.

 

Голословные обвинения

– На одном из последних заседаний муниципального совета Кишинёва советники от партии PAS М. Санду обвинили вас в непрофессионализме из-за якобы продажи участка земли по заниженной стоимости. Что это за земля и справедливы ли эти обвинения?

– Это голословные обвинения. Если бы господа соизволили вникнуть в суть процесса, по которому организуется вся работа по аукционам, то поняли бы, что продаёт земли не Доготару и тем более не она их оценивает.

Перед нами была поставлена задача подготовить участки для продажи на аукционе. И существует определённая процедура, по которой мы работаем. Во-первых, земельные участки выбираются комиссией, председателем которой является вице-мэр Виктор Киронда. Во-вторых, каждый раз составляется протокол, который подписывает председатель, и это легко проверить. После доклада о работе этой комиссии мы получаем резолюцию на подготовку выбранных участков к продаже. Для мэрии работами по земельным торгам занимается фирма Capital-Imobil, которая была выбрана на конкурсной основе, а не госпожой Доготару. Эта компания ответственна за оценку участков и выполняет эти работы своими силами либо нанимает другие специализированные фирмы-оценщики. В данном случае этот участок оценивала GOFMA-Consulting. Каким боком эту фирму советники PAS приклеили к краже миллиарда да ещё придумали про какие-то мои совместные схемы с ними – это надо спросить у них самих. Скорее всего, им очень хотелось выдать горячие новости, а за неимением ничего подходящего сочинили, что смогли.

После подготовки проекта решения земельная комиссия повысила в разы стоимость этого участка (до 100 млн. леев). Но надо понимать, что это большой участок. Будущему владельцу придётся выделить из своей земли территорию на дороги, участки на социальную инфраструктуру, так что говорить о заниженной цене вряд ли уместно. Но на этапе утверждения в мунсовете не было предложений увеличить цену, в том числе от представителей PAS.

И ещё, решение предусматривает целый ряд действий, которые необходимо произвести до продажи. Участок нужно сформировать, зарегистрировать, и только после этого комиссия по аукционам включает его в списки объектов и объявляет проведение торгов. К слову, эта комиссия тоже имеет право повысить цену. Никто не мешает советникам PAS прийти с аргументацией (если, конечно, таковая имеется) и предложить другую цену. Только надо учитывать ещё один момент: если сразу необоснованно завысить стоимость участка, тогда есть риск, что будет меньше заявителей, а это уже приведёт не к увеличению, а к уменьшению ожидаемой выгоды.

На данном этапе выполняются рекомендованные земельной комиссией работы по разработке PUZа на весь этот квартал, где расположен участок (на 19 га). Уже был проведён тендер на работы и заключён договор с проектной организацией.

Теперь PAS требует отменить проект этого решения и предложить другой, где нам вменяется в обязанность выполнение PUZа. Но эти работы уже выполняются. Если мунсоветом будет принято решение обязать управление выполнить то, что уже выполняется, – это будет странно. Но у нас так принято: совет принимает решение – совет отменяет его. Это их право. Мы – исполнители.

PAS предлагает продать по маленьким частям этот участок. Так тоже может быть. По-разному можно продавать. Только какой для города вариант наиболее выгодный, доказывается не голыми обвинениями, а расчётами и обоснованиями.

– Как вы реагируете на критику: воспринимаете её спокойно, не обращаете внимания или переживаете?

– Пока отшучиваюсь. В принципе, критика – это не самое плохое явление, конечно, если это критика, а не голословные обвинения. Критика помогает улучшить работу, а обвинения в том, что управление «рамсы попутало» или что я строю схемы с компанией, которая участвовала в краже миллиарда, или что я плюю на закон или хочу себе гелик, – это не критика, а бред, на который меня все учат не обращать внимания. Попробую.

А уйти, как они требуют… Может, мне и надоест этот серпентарий, и я уйду. Только свою компетентность я возьму с собой, а они останутся со своей. И найдут себе другую жертву для травли. Лучше бы помогали в работе по управлению делами в городе. Для этого горожане выбирают себе представителей и доверяют управление городом, а не для политических дрязг и интриг.

– Что вам больше всего мешает, а что помогает в работе?

– Мешает постоянная непонятная борьба, которая выливается в откровенную личную вендетту. А помогает мне любовь к своей работе. Мне интересно.

Любовь Чегаровская

Facebook Комментарии
Share Button

Оставьте комментарий

Адрес редакции: Кишинев, ул. Дософтей, 122, офис 4. Тел. 022 85-60-88;
Рекламный отдел: +373 22 85 60 99; +373 69 24 51 62 / e-mail: exclusivmedia@mail.ru; zelinskaia_nata@mail.ru
PP Exclusiv Media SRL © Аргументы и факты в Молдове; e-mail: info@aif.md