Кукольных дел мастер

Кукольных дел мастер

Галина Кантор-Молотова – о творчестве, жизни «живых» кукол и гобеленах

Наталья Лужина, info@aif.md

Люди, создающие сказочную труппу для детских спектаклей, отличаются особым взглядом на жизнь, необходимой долей оптимизма и, что главное, добрым сердцем. Неудивительно, что таких мастеров мало не только в Молдове, но и во всём мире. Редким даром визуально воплощать фантазии сказочников и режиссёров обладает Галина Кантор-Молотова.

ДОСЬЕ
Галина Молотова родилась на станции Неболчи Новгородской области. В 1971 г. окончила Ленинградский государственный институт театра, музыки и кинематографии. После года работы художником-постановщиком в областном театре кукол в Вологде приехала в Кишинёв, где устроилась художником-постановщиком и скульптором в республиканский театр кукол «Ликурич» (1972–1983 гг.; 1995–2000 гг.; с 2005-го по настоящее время), работала в телевизионном театре «Прикиндел» (1983–1993 гг.), была главным художником театра «Гугуцэ» (1993–1995 гг.; 2000–2004 гг.). За 50 лет творчества оформила более 100 спектаклей. Её работы находятся в театральном музее имени А.А. Бахрушина и музее театра Образцова в Москве, в Ташкенте, в частных коллекциях многих стран.

Подкупила демократия в общении

– Галина Николаевна, вы – выпускница Ленинградского института театра, музыки и кинематографии по специальности художник-скульптор театра кукол. Почему вы решили выбрать именно такую непростую профессию?

– Я всегда хорошо рисовала, а с 6-го класса, по рекомендации учителя, начала посещать кружок рисования. В 8-м классе записалась в детскую студию скульптуры при клубе морского завода Кронштадта, где преподавал выпускник Высшего художественного училища им. В. Мухиной Виктор Ануфриев. У нас были такие качественные слепки, каких не было даже в институте. После окончания школы я поехала поступать в Мухинское училище в Ленинград. Меня смутили выставленные в их музее различные декоративные блюда. Тогда я подумала: неужели я всю жизнь тарелки буду делать?

– И после этого вы решили поступать в театральный институт?

– Да, и меня покорила атмосфера дружелюбия и, как сейчас принято говорить, демократия в общении. Никто не обращал внимания на то, во что ты одет. Однако набор на факультет, который мне приглянулся, планировался только на следующий год. Так что пришлось чуток повременить. Зато меня ждали занятия по скульптуре, живописи, композиции. В общем, всё, о чём я мечтала!

– Учёба была интересной?

– Учиться было легко и очень интересно. В то время кукольный театр начал интенсивно развиваться, реформироваться  – от подражания драматическому театру к каким-то новым формам. Тогда был взрыв кукольного искусства. На нашем факультете учились актёры и режиссёры-кукольники, и мы делали совместные постановки. Я до сих пор с благодарностью вспоминаю то время.

Время контрастов

– Как вы попали в Кишинёв?

– После 2-го курса я вышла замуж, родила ребёнка. Меня на практику отправили в Вологду, а моего мужа – в Кишинёв. В Вологде нам сразу дали квартиру, а некоторое время спустя приехал директор театра «Ликурич» и уговорил нас переехать в Молдавию. Там была группа выпускников из нашего института: Виктор Штефанюк, Василий Руссу, Нина Кликич, Наташа Штефанюк и др. Они звали строить свой театр, и у нас было много планов на будущую совместную работу.

– Каковы были ваши первые впечатления о Молдове?

– Украдкой мы впитали красоту города ещё будучи студентами. Актёры из Кишинёва заказали нам кукол и декорацию для спектакля «Котик Мотик». Когда я жила в Кронштадте, представляла, что Молдавия – необыкновенная волшебная страна, где растут другие цветы и живут сказочные персонажи. В первый приезд Кишинёв нас встретил жарой, но тогда мы были недолго. А когда приехали навсегда, была осень. Нам сняли квартиру в замечательном месте на Пушкинской горке. Кишинёв сильно отличался от городов, которые я посещала раньше. Он был по-своему красив во все времена. Мой родной Кронштадт был выстроен из красного кирпича, а столица Молдавии была белой. Контрастов было много.

– Вы начинали работу в «Ликуриче» и сейчас там трудитесь. Что было посередине?

– Я долгое время работала на телевидении в передаче «Прикиндел» и в кукольном театре «Гугуцэ» в должности главного художника.

– Куклы для телевизионных и театральных постановок чем-то отличаются?

– В театре зритель видит персонажи издалека, на телевидении камера приближается, видны все скрытые эмоции, которые необходимо прорисовывать более детально и аккуратно. Крупные планы требовали особого отношения при исполнении кукол, но все они были одинаково любимы.

Даже отрицательный персонаж не может быть внешне неприятным – он должен выражать характер, быть смешным, а если и злым, то не страшным.

Искра творчества

– Недавно в Национальном музее искусств прошла персональная выставка, где были представлены ваши куклы 70-х годов. Они хранятся у вас в домашнем архиве?

– Все куклы, которые были на выставке, – из личного архива, кроме тех, что из театра «Гугуцэ». Сказочные персонажи, которые хранятся у меня, я постоянно реставрирую. Они же внутри заполнены поролоном, который быстро разрушается. С лицами проще – их просто нужно немного подкрашивать. Но всех храню и люблю.

– У вас каждая кукла – с характером. Приступая к созданию образа, вы долго размышляете над тем, каким он будет? Или всё случается на волне вдохновения?

– В каждом спектакле всё по-своему. Изначально режиссёр даёт мне прочесть пьесу, я выслушиваю его пожелания и делаю наброски карандашом. Без эскизов ничего не случается. Раньше художнику на их создание давался месяц, учитывалось, что это творческая работа. Сейчас всё ускорилось. Но, в любом случае, искра творчества должна присутствовать.

– Даже отрицательные персонажи, созданные вашими руками, по-своему добрые. Вы их специально заряжаете позитивом?

–Даже отрицательный персонаж не может быть внешне неприятным, он должен выражать характер, быть смешным, а если и злым, то не страшным.

– Однако многие современные персонажи, которые появляются в мировой мультипликации, заметно отличаются от ваших…

– Я видела комиксы, которые рассматривает мой внук, живущий за границей, и его рисунки. У них – другие персонажи и другая художественная эстетика. Вампиры, оборотни, зомби – они воспринимают их как что-то естественное.

Что душе угодно

– Вам приходилось создавать куклы для взрослых?

– Неоднократно. Это было во Франции, где мы проводили обучение актёров. Там же я начала работать с большими формами, это был познавательный этап.

– Живопись, скульптура, гобелены… Следует полагать, всё начиналось со скульптуры?

– В своё время я пыталась найти мастерскую для создания скульптур в Кишинёве. Нашла полуподвальное помещение, купила муфельную печь, а потом там случился потоп. В общем, не срослось. Но живопись у меня никто не отнимет, и пусть она называется увлечением.

– Как в вашей жизни появились гобелены?

– Меня пригласила на пленэр в Карпаты Львовская национальная академия искусств. Я увидела, как всё делается. Мы разрабатывали эскизы, а ткачихи по рисунку создавали сами гобелены. Мастерицы там знатные, могут осуществить любой каприз художника, если с ними договориться. И места там незабываемые, хочется туда вернуться.

– К чему больше душа лежит?

– Сложно сказать. Я состою на службе в театре и создаю кукол. Мне это нравится, но за это я получаю зарплату. Живопись – мой летний вариант, когда я выезжаю за город, и это то, что я создаю по велению души, без всяких заказов. Ну, а с гобеленами всё и так понятно. Ждём перемен.

– Вы всю жизнь осваиваете что-то новое. Не надоело учиться?

– Меня же никто к этому не принуждает. Мне интересно пробовать что-то новое. За два года до пандемии я записалась в студию по керамике, где была самой взрослой ученицей. Но мне было любопытно осваивать новые технологии.

– Учиться – значит жить?

– Учиться – это получать удовольствие от того, что ты познаёшь и делаешь. Творить – значит жить.

– Вы проводили мастер-классы во Франции, обучали стажёров. Это был интересный опыт?

– В своё время это было интересно. Актёры могли чему-то учиться у художников, а художники наблюдать за актёрами. Я сотрудничала с компанией Du Midi и другими театрами Франции. Сейчас всё изменилось. Не только у нас искусство уходит на второй план.

– В Молдове много специалистов вашей профессии?

– Нет, конечно. У нас не так много кукольных театров. Молодые люди исследуют перспективу своей деятельности и такой вариант их не устраивает. А в нашей академии даже нет такой специальности.

– Вы много учились, что-то ещё хочется познать?

– Мне уже немало лет, я не могу однозначно ответить на этот вопрос. Но если столкнусь с чем-то для себя очень интересным, то попытаюсь это освоить. И не надо меня спрашивать, что означает «это». Это может быть всё что угодно.

Facebook Комментарии
Share Button

Sorry, comments are closed for this post.

Адрес редакции: Кишинев, ул. Дософтей, 122, офис 4. Тел. 022 85-60-88;
Рекламный отдел: +373 21-14-01 / e-mail: info@aif.md
PP Exclusiv Media SRL © Аргументы и факты в Молдове; e-mail: info@aif.md