Голливуд – не во сне, а наяву

Голливуд – не во сне, а наяву

Геннадий Морошану – о детской мечте и могучей искренности искусства

Алексей Попов, info@aif.md

Прошло уже десять лет, как Молдова представлена на легендарной фабрике грёз в Голливуде нашим соотечественником Геннадием Морошану.

Он окончил там престижную актёрскую школу и давно уже известен как киноактёр и режиссёр. Все эти годы он не порывает с родиной: в Калифорнии находится в центре событий молдавской диаспоры; в родные пенаты часто приезжает не с пустыми руками, а в сопровождении собственных менторов, которые проводят в Кишинёве мастер-классы для местных артистов – привозит для них разработанные в Голливуде сценарии, а по ним у нас ставят театральные спектакли и снимают кино. Сегодня Геннадий Морошану – гость «АиФ в Молдове».

ДОСЬЕ
Геннадий Морошану  – актёр, режиссёр и продюсер художественных фильмов и спектаклей. Родился 20 декабря 1983 г. в г. Новые Анены. Окончил Международный институт менеджмента в Кишинёве, Институт театра и кино Ли Страсберга в Голливуде, Лос-Анджелес, США. Ведёт концертную и шоу деятельность в девяти штатах США. Преподаёт актёрское мастерство и обучает основам написания киносценариев в ряде школ при Голливуде. Основатель и директор кинокомпании «СамСтудио» в Кишинёве. Лауреат международных конкурсов и фестивалей в области вокала и хореографии. Признан лучшим актёром на двух кинофестивалях в Голливуде. Отмечен властями Республики Молдова за развитие молдо-американских отношений.

Рождение американской мечты

– Как известно, в семь лет вы ощутили на себе прекрасную инъекцию эстетики голливудских фильмов. Что это было за кино? Как оно добралось до патриархальных советских Новых Анен? Что вас, тогда ребёнка, потрясло в американском кинематографе?

– В дни моего детства Новые Анены уже не были патриархальными и советскими – перестройка внесла иные жизненные стандарты. Коснулись они и кинематографа. Засветились повсюду подслеповатые экранчики видеосалонов. Именно они знакомили нас со всем многообразием мирового кино. Всё это запомнилось гнусавым голосом закадрового переводчика Леонида Володарского. Злые языки утверждали, что он надевает на нос прищепку. Но это было его натуральное произношение, в чём сейчас можно убедиться на одном коммерческом радио, где он ведёт свою авторскую программу. Очень нравились мне итальянские, французские, японские фильмы. Но первое место всё равно занимали американские. Какой восторг вызвал фильм «Смертельное оружие», в котором были запечатлены увлекательные приключения в Лос-Анджелесе двух полицейских, – белого и чернокожего. В одном фильме есть уникальное совмещение всех жанров, кроме фантастики, и показана цена человеческой дружбы.

Фильм «Унесённые ветром» был снят ещё в 30-е годы. Но эта подлинная энциклопедия американской жизни выглядела современно. Жаль, что ныне этот фильм запрещён в Америке в рамках движения BLM (общественное движение, выступающее против расизма и насилия в отношении чернокожих, в особенности против полицейского насилия.Прим. автора), ведь главная героиня Скарлетт является рабовладелицей, а её второй муж – даже членом Ку Клукс Клана. Особенно ярок был фильм «Крёстный отец», который, как я узнал позже, сделал знаменитым моего великого учителя Ли Страсберга, последователем актёрского метода которого я являюсь. «Крёстный отец» удивил слиянием кассового мейнстрима и глубинного, философского артхауса. Конечно, юному созданию, каковым был я, сложно было углубляться в нюансы увиденного. Но они усваивались спонтанно, каким-то внутренним эстетическим чутьём. Голливуд мне даже приснился чудесным Замком грёз. Так родилась моя детская американская мечта.

– В одном из интервью вы назвали своего отца, народного артиста Василе Морошану, генералом. Думается, правильнее было бы назвать его генералиссимусом. Ведь роль Сталина в комедийных скетчах – одно из любимых его перевоплощений. Друзья из Беларуси, поклонники его таланта, даже подарили ему портрет в этом образе. Кажется, именно отец был тем ледоколом, который пробил вам дорогу в Америку. Но воспитываясь в семье выдающегося артиста, вы далеко не сразу пошли по его пути, пройдя трудный и порой мучительный путь собственного становления личности. Расскажите, пожалуйста, подробнее, как всё происходило.

– Слово «мучительно» мне представляется здесь неверным и даже вредным. Моя мать научила меня начинать каждый день с четырёх коротких фраз: «Я тебя люблю!», «Прости меня», «Спасибо». И самое главное – «Я – счастлив!» Именно с такой внутренней жизненной энергетикой надо осваивать свой Путь.

Искусство по своей созидательной и разрушительной силе сравнимо с океаном. И задача художника – обуздать её и заставить служить добру.

Последователь Ли Страсберга

– В Калифорнии вы впервые оказались в делегации отца, когда Василе Морошану привёз на конкурсный фестиваль свой детский вокальный ансамбль «Жемчужинки Молдовы». Затем вы сами стали частью молдавской диаспоры и даже выдвигались ею в депутаты парламента РМ. Как вам удалось поступить во всемирно известный Институт театра и кино Ли Страсберга? Как вам училось в этой прославленной колыбели голливудских знаменитостей?

– Мне очень повезло в жизни – я сумел оказаться в числе учеников этой легендарной студии. За этим стояли труд, фантастическая приверженность профессии и, конечно, большая доля везения. Репутация учебного заведения была обеспечена небольшим набором студентов и, соответственно, огромным конкурсом на вакантные места. Джек Николсон пять раз проходил прослушивание, прежде чем был принят, Дастин Хоффман – шесть раз. Сейчас студию возглавляют Эллен Берстин, Аль Пачино и Харви Кейтель, который поступал в неё 11 раз. Среди учениц великого Ли была и Мэрилин Монро, которая затем завещала учителю треть своего состояния. Страсберг развил в Америке метод русского режиссёра Станиславского. До Станиславского актёр почти не подготавливался к роли внутренне. Он заучивал слова и надеялся, что вдохновение придёт на сцене. Иногда оно приходило, иногда – нет. Актёры же, обученные по методу Станиславского, выходили на сцену с большей уверенностью в себе. Вместо того чтобы просто поднимать руки, они старались дотянуться до лампочки. «Метод, – говорил Ли Страсберг, — это, по сути дела, просто суммирование того, что актёры всегда делали подсознательно, когда играли хорошо». Сейчас студенты драмы не могут сесть и обсуждать сцену без того, чтобы сразу не спросить: «А каковы мои настоящие цели?» В большинстве случаев ответ находится не в тексте, а между строк, в подтексте, как говорят актёры.

С менторами – по жизни

– У вас есть ментор и сейчас в рамках Мастерской Ли Страсберга. Эта дама, если я не ошибаюсь, лично знала великого Ли. Расскажите о ней.

– Да, Хедди Зонтаг передавала и передаёт нам саму энергетику великого Ли. Она – строгий ментор, который рассматривает каждый миг твоей работы над ролью словно под микроскопом. И не скупится на критику. Одно из самых известных начальных упражнений в актёрских тренингах моего учителя Ли Страсберга называется «coffee cup» (чашка кофе). Ты также сидишь на стуле и вспоминаешь свои ощущения от утренней чашки кофе. Представляешь её в руках, ощущаешь тепло, чувствуешь аромат. Таким образом, ты начинаешь работать со своей ближайшей памятью, вспоминая то, что было утром.

И когда ты полностью включаешься в этот процесс, то действительно чувствуешь в руках эту чашку, и сюда автоматически «подклеивается» утреннее настроение, эмоции. Актёрская психофизика становится настолько подвижной, что вспоминаются даже забытые сны. В какой-то степени этот процесс можно сравнить с медитацией в йоге. И ещё по утрам я ненадолго включаю музыку, созвучную на этот момент, по моим представлениям, с той ролью, над которой работаю. И тут же записываю мысли, ощущения, всё, чему способствует эта мелодия. И это становится тем достоянием, которое определит мой грядущий съёмочный день.

– Джеральд Джеймс – целая эпоха в вашей жизни. Он добрался и до Кишинёва, поставив здесь пьесу. Представьте вашего американского друга и наставника.

– Джеральд Джеймс – выдающийся кино- и театральный режиссёр, сценарист, актёр, педагог из Голливуда (США), преподаватель Института театра и кино Ли Страсберга (Lee Strasberg Theаtre and film institute), активный член Мастерской Ли Страсберга (The Group at Strasberg) в Лос-Анджелесе. Наш глобус полон контрастов. Даже американцам, склонным к глобальному мышлению, трудно бывает привыкнуть к этим, сменяющим друг друга мирам, словно принадлежащим разным планетам. Так случилось и на этот раз, когда из Египта, в котором Джеральд проработал в течение более трёх месяцев, он резко переместился самолётом в Молдову. В Кишинёв он прибыл с очень важной миссией. Пятнадцать профессиональных актёров из Молдовы приняли участие в творческой мастерской под его руководством. Автором проекта был я. В Молдове мы с Джеральдом Джеймсом поставили его пьесу «Семь. Игра» (Seven, The Play). Мне довелось сыграть главную роль. Все эти наработки мы перевезли затем в Лос-Анджелес, где с большим успехом прошла премьера спектакля в Голливуде. Кстати, если рассматривать понятие менторов в самом широком смысле этого слова, то это и мои родители, и крёстный отец, и даже дочь. Воспитатели ведут по жизни.

– Какой видится вам сегодняшняя молдавская культура, – как из голливудского далека, так и с ближнего расстояния – во время приездов на родину? Коротко представьте, пожалуйста, вашу фильмографию…

– Я не могу посмотреть на молдавскую культуру извне, так как продолжаю находиться внутри неё. Сегодня её уровень таков, каков он есть. Главное, чтобы он неуклонно повышался, и он повышается. И этот процесс в полной мере находится в наших руках. Представить мою фильмографию здесь невозможно из-за ограниченного места газетной полосы. Желающим ознакомиться с ней, могу предложить заглянуть на сайт КиноПоиск, где всё подробно изложено.

Судьба актёра

– У вашей жены прекрасное имя Надежда. Актёрская профессия и семья – как это сочетается?

– Моя супруга Надежда сделала очень много для моего становления как артиста. Но актёрская судьба, даже если вспомнить моих звёздных коллег из Голливуда, часто не способствует семейной жизни. Мы тоже разошлись, но сохранили добрые, человеческие отношения. Дочь Амелия-Елена больше времени проводит с матерью, но это не мешает мне участвовать в её воспитании. Сейчас ей девять лет. Недавно она впервые написала комментарий в социальных сетях на русском языке, которым владеет также хорошо, как и английским. В нём дочь заняла правильную моральную позицию относительно ролика, в котором дети издевались над учителем.

Океан чувств

– В социальных сетях можно встретить ваши селфи в океане, которые уровнем страсти борьбы со стихией заставляют вспомнить Хемингуэя. Что для вас океан?

– Старина Хэм был глубоко прав в описании взаимоотношений человека и океана. Я часто выхожу на просторы океана на паруснике. И в это время особенно остро ощущаешь его могущество, ни с чем не сравнимое величие стихии, общение с которой умножает твои собственные силы. Тихий океан никогда не бывает тихим. Название Великий подходит ему куда больше. Искусство тоже сравнимо с океаном по своей созидательной и разрушительной силе. И задача художника обуздать её и заставить служить добру.

Facebook Комментарии
Share Button

Оставьте комментарий

Адрес редакции: Кишинев, ул. Дософтей, 122, офис 4. Тел. 022 85-60-88;
Рекламный отдел: +373 22 85 60 99; +373 69 24 51 62 / e-mail: exclusivmedia@mail.ru; zelinskaia_nata@mail.ru
PP Exclusiv Media SRL © Аргументы и факты в Молдове; e-mail: info@aif.md