Зачем армии призыв?

Зачем армии призыв?

О реформировании вооружённых сил Молдовы

Содержание профессиональной армии – роскошь для богатых стран. При этом бюджет на оборону в Молдове год из года сокращается. Что именно подразумевается под идеей перевода армии на контрактную основу, не совсем понятно. Утверждённая в 2002 году Концепция военной реформы предусматривала смешанную систему  комплектования Национальной армии. О том, как можно сочетать «срочников» и «контрактников», и что даёт военно-патриотическое воспитание, в интервью «АиФ в Молдове» рассказывает председатель Союза офицеров Молдовы Виктор Гайчук.     

В рамках концепции

– Виктор Владимирович, если позволите, начнём сразу с главного. Как вам идея, недавно озвученная, перевести Национальную армию Молдовы на контрактную основу?

– Идея, в принципе, мне нравится. Я бы даже начал с того,  что конкретные шаги предпринимались давно. 26 июля 2002 года парламентом было одобрено Постановление № 1315 «Об утверждении концепции военной реформы». Я, услышав новость о переводе Национальной армии на контрактную службу, специально вернулся к этой концепции, перечитал и понял, что мы тогда уже все предусмотрели, и всё расписали по этапам. В том числе, были прогнозированы опасности: мы тогда, в золотое время застоя, с точки зрения геополитики, всё же говорили о Косово и террористическом акте в США, предвидели, что ситуация может стать нестабильной, в том числе и в нашем регионе.  И действительно, сейчас градус напряжённости вырос в разы, вспыхнули новые очаги конфликтов, а ведь чем больше оружия, тем больше вероятность, что оно выстрелит.

– То есть, по сути, сейчас осуществляется то, что было продумано ещё в 2002-м? Или есть какие-то расхождения?

– Тогда мы конкретно говорили, что надо увеличить количество военнослужащих по контракту, элитные воинские части держать в постоянной боевой готовности, переходя к комплектованию сил постоянной готовности (быстрого реагирования) на добровольной основе по контракту, но мы оставались на принципах комплектования армии по смешанному типу, иными словами, мы не отрицали полностью призыв в армию военнослужащих. Поясню, почему.

Это обуславливается экономической составляющей. Для осуществления этой реформы мы тогда предусматривали увеличение бюджета на оборону от 0,4% до 0,7% от ВВП в 2002 году, и далее, по нарастающей, до 2,5% – в 2014 году.  Рост был до 2005 года, но, предположу, что потом он приостановился, а сейчас, наверное, бюджет на оборону составляет около 0,35% от ВВП. США тратит на оборону $700 млрд  в год. Если не ошибаюсь, Российская Федерация – $70 млрд. Молдова, насколько я знаю, около 500 млн. леев, что составляет плюс-минус $29 миллионов. При этом любая страна приблизительно нашего размера  и численности населения, к примеру, Бельгия или Швейцария, выделяют от 1 до 2 %. Отнюдь небогатая Армения на оборону тратит около 3%. Вот и наше государство, как мне кажется, должно было бы выделять в тех же пропорциях от ВВП.

Так вот, к чему я веду. Для содержания полностью профессиональной армии нужно гораздо больше денег, и это все прекрасно понимают. Солдат срочной службы и солдат-контрактник – это две совершенно разные категории, с точки зрения финансовой. Контрактника нужно обеспечить зарплатой и жилищными условиями. Поэтому первыми в мире позволили себе перейти на контракты самые преуспевающие страны. Ещё раз: это хорошая идея, но возникают вопросы. Где государство возьмёт деньги? И как будет решаться вопрос подготовки резерва, особенно с учётом возрастающего напряжения в регионе? Возможно, ответы есть, но в таком случае, их не довели до общества.

 

Особенности военного дела

– Вы заговорили о подготовке резерва. Такая ли уж острая в нём необходимость?

– Резерв предусматривает, что в случае, если возрастает напряжённость в регионе, государство увеличивает свои вооружённые силы, чтобы быть готовым к отражению потенциальной агрессии. Если у нас не будет ротации кадров, а только эти пять тысяч контрактников, то за счёт кого мы сможем увеличить свои вооружённые силы?  Если мы – нейтральное государство, то почему бы не перенять опыт Швейцарии или Финляндии? Да, у них небольшие армии, но они сохранили призыв. В Швейцарии система военных сборов – от 2 недель до нескольких месяцев, и все мужчины периодически проходят переподготовку. Это более-менее мягкий вариант, и достаточно бюджетный. Но зато все граждане в случае военной опасности могут быть мобилизованы в армию. Мы все говорим, что государство нам должно, но ведь есть и наш долг – защищать Отечество.

– О контрактниках: не получится ли, что служить пойдут ребята, которым просто некуда деваться, – живут в селе, работы нет…  А ведь к воинской профессии должны быть определённые таланты.

– Вы совершенно правы, если говорить о выборе. Кто в советской армии шёл в офицеры? Те, кто считал военное дело своим призванием. Это же идеальный вариант, когда ты занимаешься любимым делом, и тебе за это ещё и платят. Человек ХОЧЕТ быть врачом, учителем, военным. Но я не думаю, что в контрактники пойдут от безысходности. Военная служба требует больше дополнительных усилий, чем любая другая. Это беспрекословное выполнение приказа, воинская дисциплина, готовность в любой момент встать и отправиться на учения. Если это чуждо человеку, то деньги не имеют значения. И не такие, к слову, уж и большие деньги. А если же речь будет идти о высоких зарплатах, то и требования будут соответствующие к человеку – физическая подготовка, выносливость, ум, образованность.

 

Вооружаться или разоружаться?

– Концепция реформы от 2002 года предусматривала сочетание профессиональной армии и призыва. Куда бы набирали контрактников? Куда бы направляли призывников?

– Да, мы рассматривали смешанную систему, ещё раз повторюсь, с точки зрения экономической целесообразности, и для того, чтобы сохранить резерв. Скажем, Батальон миротворческих сил, Батальон специального назначения я вижу полностью перешедшими на контракты. Также части постоянной боевой готовности. Остальные части с ограниченной степенью готовности можно по смешанному типу комплектовать. К слову, мы ведь давно и постепенно движемся в этом направлении. В 92-м к примеру у нас в армии «срочники» составляли 70%. Сейчас 55%  – контрактники. Это естественный процесс, вопрос лишь в том, что подразумевается под переводом службы в армии на контрактную основу. Если речь идёт об увеличении бюджета, отлично. Если отсекаем призыв и оставляем только эти 55%, то тогда речь идёт о сокращении армии, и это не совсем понятно мне.

– Я сейчас, наверное, задам странный вопрос, и всё же. А нам вообще нужна армия?

– Вы хотите сказать, что есть страны, у которых нет своей армии, так? Но внесу ясность: эти страны находятся под протекторатом армии другой страны, и, значит, кому-то платят. Такой протекторат осуществляют армии США, Австралии, России. Если мы говорим о том, что нам не нужна своя армия, мы должны чётко и ясно понимать, что нам надо просить помощи. А мы за эту помощь, будем осуществлять перечень определённых услуг. Любая армия стоит денег, но если ты не хочешь содержать свою, значит, ты будешь тратиться на чужую. Мы просто обязаны, как члены ООН, внести свой вклад в укрепление безопасности в мире.

 

С верой в победу

– Я о другом. В случае, если возникнет, не приведи Господь, военный конфликт, нас тут сомнут одним махом, как яйцо, и никакая армия не поможет?

– Знаете, что самое важное для достижения победы? Вера в победу. Вот к примеру Куба. Маленькая страна, остров. Но как-то противостояли ведь США? А Северная Корея? А Вьетнам?! Десять лет американцы всей своей мощью бомбили, сжигали напалмом, но ведь что-то не пошло, не прогнули страну под себя? А Афганистан? 10 лет Советский Союз воевал, столько усилий, – и что?

– Может, потому что не было политической воли добить?

– А может, потому что было население, готовое стоять насмерть за свою землю? Потому что это – позиция. Хотите завоевать страну – убейте всех нас. Может, в этом дело? Вот поэтому мы пятью тысячами, – если эти пять тысяч будут за свою землю стоять насмерть, как Штефан чел Маре!  – выстоим, потому что поднимемся все остальные, и тоже будем стоять насмерть. И нас не сомнёт никто.

Да, история показывает, что бывает по-разному. Есть страны, которые рухнули. Например, Ирак. Почему? Затрудняюсь сказать, но предположу, что там не было общенациональной идеи по защите Родины, страна поделена на шиитов,  суннитов, и курдов, и Саддам Хусейн был представителем суннитов. Вот, кстати, почему политики предпочитают действовать по принципу «разделяй и властвуй». Но если всё население стоит за независимость, то ничего не сделаешь. То есть, моральный дух – он очень важен.

– Да, но в нашей ситуации мы подобны тем суннитам и шиитам, никто не станет объединяться, чтобы защищать.

– За Молдову пойдут. Уверен, что есть настоящие патриоты, готовые защищать свою землю. И вот тут, кстати, возникает ещё один вопрос, если вернуться к теме разговора.  Призыв в армию – он существовал и в контексте военно-патриотического воспитания, за которое отвечала и армия. Мы говорили: «Народ и армия едины». А как едины, в чём, почему? Была связь. Мы знали, что в армии служат наши сыновья. Пришёл-отслужил-ушёл, вслед пришёл другой, и это был непрерывный процесс. Нужно думать, как восполнить эту связь, какие институты должно привлечь государство для того, чтобы растить поколения в чувстве любви к Отчизне и готовности защищать её.

– Вы несколько раз упомянули возрастающую напряжённость в мире. В СМИ вполне серьёзно говорят о неизбежности войны. Ваши прогнозы?

– Действительно, конфронтация приближается к апогею. Хотя с доказательствами пока не совсем понятно. Может, не вполне корректное сравнение, но я вспоминаю, как в Ираке пять лет искали химическое оружие, оружие массового поражения, не нашли, но диктатора повесили, а в этой стране сейчас ИГИЛ.  И очень бы не хотелось, чтобы история повторялась, а люди страдали. Но я – оптимист, и верю в то, что здравый смысл победит. Я бы очень хотел, чтобы повторился 75-й год, когда был подписан Хельсинский Заключительный акт по безопасности и сотрудничеству в Европе.

В заключительном акте подведён итог Второй мировой войны, подтверждена нерушимость сложившихся в Европе границ, сформулированы 10 основополагающих принципов, которые должны определять правила и нормы взаимоотношений между государствами – участниками совещания. Это суверенное равенство, уважение прав, присущих суверенитету; неприменение силы или угрозы силой; нерушимость границ; территориальная целостность государств; мирное урегулирование споров; невмешательство во внутренние дела; уважение прав человека и основных свобод, включая свободу мысли, совести, религии и убеждений; равноправие и право распоряжаться своей судьбой; сотрудничество между государствами; добросовестное выполнение обязательств по международному праву. Этот год олицетворяет спад напряжённости. Я верю, что миру удастся вернуть это состояние.

 

ДОСЬЕ
Виктор Гайчук закончил Харьковское высшее военное авиационное училище лётчиков и Военно-политическую академию в Москве. В 1978-1986 годах служил офицером ВВС СССР. 2001-2004 гг. — министр обороны Молдовы, бригадный генерал.

Был послом РМ в странах Бенилюкса и представителем Молдовы при НАТО.
С 2012 года — председатель Союза офицеров Республики Молдова. Награждён «Орденом Республики».

Инна Желтова

Facebook Комментарии
Share Button
Vk.com
Odnoklassniki

Sorry, comments are closed for this post.

Адрес редакции: Кишинев, ул. Дософтей, 122, офис 4. Тел. 022 85-60-88;
Рекламный отдел: +373 22 85 60 99; +373 69 24 51 62 / e-mail: exclusivmedia@mail.ru; zelinskaia_nata@mail.ru
PP Exclusiv Media SRL © Аргументы и факты в Молдове; e-mail: info@aif.md