В этот период исполнилось четыре года “звездной” охоте в заповеднике “Pădurea Domnească” с участием высокопоставленных чиновников, на которой был смертельно ранен Сорин Пачу.

Несмот­ря на то, что ранее этот слу­чай опре­де­лял обще­ствен­ную повест­ку дня в Мол­до­ве, сего­дня об этом уже прак­ти­че­ски ник­то не гово­рит.

Уго­лов­ное дело, откры­тое после инци­ден­та, уже более двух лет нахо­дит­ся в Бельц­кой апел­ля­ци­он­ной пала­те и еще не завер­ше­но после того, как пер­вич­ная инстан­ция при­ня­ла реше­ние об осуж­де­нии быв­ше­го судьи Геор­ге Кре­цу к двум годам услов­но.

Послед­нее судеб­ное засе­да­ние по делу состо­я­лось 12 декаб­ря 2016 г. и было пре­рва­но по запро­су адво­ка­тов защи­ты. Сле­ду­ю­щее засе­да­ние, запла­ни­ро­ван­ное на 12 янва­ря 2017 г., будет пере­не­се­но, посколь­ку судья-докладчик нахо­дит­ся в отпус­ке.

По инфор­ма­ции на сай­те Бельц­кой апел­ля­ци­он­ной пала­ты, мно­же­ство засе­да­ний, запла­ни­ро­ван­ных в 2016 г. по это­му делу, пере­но­си­лось или пре­ры­ва­лось.

Пер­вое засе­да­ние по делу об охо­те в “Pădurea Domnească” состо­я­лось в Фэлешт­ском суде в фев­ра­ле 2015 г., когда судей­ский состав решил осу­дить услов­но быв­ше­го заме­сти­те­ля пред­се­да­те­ля Киши­нев­ской апел­ля­ци­он­ной пала­ты Геор­ге Кре­цу, кото­рый ста­но­вил­ся един­ствен­ным винов­ным в этом деле.

Геор­ге Кре­цу полу­чил два года услов­но, его при­зна­ли винов­ным в лише­нии жиз­ни по неосто­рож­но­сти. Кре­цу обя­за­ли выпла­тить ком­пен­са­цию почти в один мил­ли­он леев семье Пачу, а так­же выпла­чи­вать еже­ме­сяч­но 1500 леев доче­ри погиб­ше­го до совер­шен­но­ле­тия.

Быв­ший дирек­тор “Moldsilva” Ион Лупу был оправ­дан по всем пяти пунк­там обви­не­ния по при­чи­не того, что не был кон­ста­ти­ро­ван факт пре­ступ­ле­ния.

Денис Ерем­чук и Вале­риу Сви­стун, осталь­ные под­су­ди­мые были тоже оправ­да­ны по этим же при­чи­нам.

Таким обра­зом, Геор­ге Кре­цу — един­ствен­ный, кто запла­тит за пре­ступ­ле­ние двух­лет­ней дав­но­сти на охо­те в “Pădurea Domnească” с уча­сти­ем таких важ­ных лиц, как тогдаш­ний ген­про­ку­рор Вале­риу Зуб­ко или пред­се­да­тель Киши­нев­ской апел­ля­ци­он­ной пала­ты Ион Плеш­ка.

Про­ку­рор Алек­сан­дру Кара­ман — один из трех гособ­ви­ни­те­лей по делу потре­бо­вал уго­лов­ные нака­за­ния в отно­ше­нии всех 4 под­су­ди­мых: в сово­куп­но­сти четы­ре года лише­ния сво­бо­ды в пени­тен­ци­а­ре полу­за­кры­то­го типа в отно­ше­нии экс-судьи Геор­ге Кре­цу, и тоже по сово­куп­но­сти по 3,6 лет в отно­ше­нии экс-директора “Moldsilva” Иона Лупу, Дени­са Ерем­чу­ка (дирек­то­ра запо­вед­ни­ка “Pădurea Domnească” и Вале­риу Сви­сту­на (инже­не­ра запо­вед­ни­ка).

На засе­да­нии в Фэлешт­ском суде при­сут­ство­ва­ли отец Сори­на Ион Пачу и супру­га погиб­ше­го Адри­а­на Пачу. Через адво­ка­тов они под­дер­жа­ли запрос про­ку­ро­ров, тре­буя в то же вре­мя мате­ри­аль­ные и мораль­ные ком­пен­са­ции в раз­ме­ре почти 2 млн. леев.

В под­держ­ку обви­не­ния про­ку­ро­ры сосла­лись на ряд дока­за­тель­ств, в част­но­сти на заяв­ле­ния сви­де­те­ля Гена­дие Сажи­на (сего­дня — гла­ва Госу­дар­ствен­ной инспек­ции по стро­и­тель­ству), кото­рый отме­тил, что видел Кре­цу с ору­жи­ем в руках, а все участ­ни­ки охо­ты зна­ли, что стре­лял кто-то по име­ни Геор­ге.

23 декаб­ря 2012 г. 34-летний Сорин Пачу был смер­тель­но ранен на охо­те с уча­сти­ем высо­ко­по­став­лен­ных чинов­ни­ков, сре­ди кото­рых Вале­риу Зуб­ко (ген­про­ку­рор РМ), Ион Плеш­ка (пред­се­да­тель Киши­нев­ской апел­ля­ци­он­ной пала­ты), Геор­ге Кре­цу (заме­сти­тель пред­се­да­те­ля Киши­нев­ской апел­ля­ци­он­ной пала­ты), Ион Лупу (дирек­тор Агент­ства “Moldsilva”).

Все участ­ву­ю­щие в охо­те чинов­ни­ки скры­ли пре­ступ­ле­ние. После того, как нака­ну­не Рож­де­ства по ста­ро­му сти­лю это пре­ступ­ле­ние ста­ло пуб­лич­ным в резуль­та­те заяв­ле­ний лиде­ра Дви­же­ния “Antimafie” Сер­джиу Мок­а­ну, пра­во­охра­ни­тель­ные орга­ны заяви­ли, что “рабо­та­ют по делу”. Вско­ре они нашли и подо­зре­ва­е­мо­го — заме­сти­те­ля пред­се­да­те­ля Киши­нев­ской апел­ля­ци­он­ной пала­ты Геор­ге Кре­цу. Он, одна­ко, не при­зна­ет сво­ей вины.

Post to Twitter