28 августа 1941 года начался прорыв кораблей Балтийского флота из Таллина в Кронштадт.

База флота под угрозой

В конце августа 1941 года отечественный военно-морской флот пережил один из самых трагических эпизодов в своей истории. Оценка его разнится по сей день: кто-то сопоставляет его с Цусимой и видит в нём преступление руководителей, кто-то считает примером огромного мужества и стойкости моряков.

Таллинский переход, или Таллинский прорыв, 1941 года был вынужденным шагом, отчаянной попыткой спасти основные силы Балтийского флота от полного разгрома и попадания в руки противника.

К началу Великой Отечественной войны главной базой флота являлась столица Советской Эстонии — Таллин. К обороне этого города Красная армия не готовилась, поскольку он находился далеко от границы и появления у него противника советское командование не допускало.

Но уже в первые недели войны положение частей Красной армии в Прибалтике стало крайне тяжёлым. 9 июля 1941 года передовые части немецкой группы армий «Север» ворвались в Марьямаа, что в 60 километрах южнее Таллина.

Наступление гитлеровцев удалось остановить, но угроза для Таллина сохранялась. Уже тогда командование флота выступило с предложением начать эвакуацию промышленных предприятий и кораблей. Но эта инициатива была отвергнута — советское верховное командование было уверено, что Таллин удастся удержать.

Директива Гитлера: корабли русских уничтожить

Но в конце июля наступление немцев возобновилось, и к 7 августа части Красной армии, оборонявшие Таллин, были отсечены от основных сил. Но даже после этого решение об эвакуации флота не было принято. Напротив, командующему Балтийским флотом вице-адмиралу Владимиру Трибуцу предписывалось использовать артиллерию кораблей и отряды моряков для нанесения контрударов по врагу.

Германское командование, в свою очередь, издало директиву №33, предписывавшую не допустить отхода русских морским путём и эвакуации Балтийского флота в Кронштадт.

На южном берегу Финского залива вдоль маршрута перехода Балтийского флота из Таллина в Ленинград была развёрнута береговая артиллерия, на северном берегу уже имелись две стационарные финские береговые батареи. В Финском заливе были установлены 36 минных заграждений (в общей сложности около 2000 морских мин), на ближайших аэродромах сосредоточены большие силы немецкой авиации.

К последней декаде августа положение в районе Таллина ухудшилось настолько, что командование Балтийского флота самостоятельно начало подготовку к эвакуации. Официальное разрешение было получено только 26 августа, когда гитлеровская артиллерия уже стала наносить удары по территории порта.

Флагман «Киров» вывозил не только командование, но и ценности Эстонской ССР

Прорыв флота предполагалось совершить в следующем порядке: отряд главных сил, отряд прикрытия, арьергард и четыре конвоя. Отряду главных сил ставилась задача прикрытия первого и второго конвоев от мыса Юминда до острова Гогланд. Отряду прикрытия — защищать второй и третий конвои от острова Кери до острова Вайндло. Арьергарду — прикрывать с тыла третий и четвёртый конвои. В составе четырёх конвоев находились 107 кораблей и судов, 62 корабля охранения, а ещё 51 корабль и судно, участвующие в переходе, официально ни в один конвой включены не были. По ходу операции имели место перемещения кораблей из одного конвоя в другой, как по приказу, так и не санкционированные. Всего из Таллина в поход 28 августа 1941 года вышли 225 кораблей и судов.

Отряд главных сил возглавлял новейший советский крейсер «Киров», на котором Таллин покидал не только командующий вице-адмирал Трибуц и всё руководство флота, но и члены правительства Эстонии. Кроме того, на «Кирове» вывозились ценности Госбанка Эстонской ССР.

Прикрытие крейсера «Киров» дымовой завесой. Август 1941 года.

Прикрытие крейсера «Киров» дымовой завесой. Август 1941 года. Фото: Commons.wikimedia.org

Приказ о начале отхода войск и посадки на суда был отдан 27 августа в 11 утра. В 16 часов началась посадка раненых, учреждений флота и некоторых частей 10-го стрелкового корпуса. Эвакуация осуществлялась в условиях гитлеровских артобстрелов и налётов авиации противника. Звучали и другие взрывы — сапёры подрывали стратегические объекты в Таллине.

Выход конвоев задержали долгая погрузка и шторм

Организация эвакуации хромала на обе ноги. К вечеру 27 августа, когда на суда стали грузиться основные силы, систематический учёт практически не вёлся, выходящие из порта корабли подбирали тех, кто пытался спасаться на лодках.

Общее число людей на кораблях флота оценивается от 25 до 42 тысяч человек. Помимо моряков и военнослужащих, из Таллина эвакуировалось более 10 000 гражданских лиц.

Завершить погрузку людей на суда удалось лишь к утру 28 августа. В то время как план предусматривал начало движения первого конвоя не позднее 22:00 27 августа, в действительности это произошло лишь к полудню следующего дня. Причиной стало то, что волнение на море достигло 7 баллов, и тральщики, которые должны были обеспечить прохождение через мины, не могли идти с поставленными тралами.

Когда движение судов всё-таки началось, стало понятно, что форсировать минное заграждение «Юминда» придётся не в дневное, а в ночное время, что повышало риск в несколько раз.

Тральщики могли идти со скоростью не более 6 узлов, что сдерживало движение всех кораблей конвоя.

Первые обстрелы береговой артиллерии и атаки торпедных катеров были отбиты. Однако мины и бомбардировщики противника делали своё чёрное дело. К наступлению ночи были потеряны ледокол «Кришьянис Вальдемарс», штабной корабль флота «Вирония» и спасательное судно «Сатурн». Но самой тяжёлой потерей первых часов перехода стала гибель на минах транспорта «Алев». На его борту находились около 1200 человек, в основном раненые. Судно затонуло стремительно, из всех, кто находился на борту, удалось спасти лишь шестерых.

Гибель на минах

В зоне плотного минирования, куда корабли флота подошли к наступлению ночи, не проводилась предварительная разведка. В результате два тральщика подорвались на минах и затонули, ещё два были серьёзно повреждены. Корабли стали гибнуть один за одним. Подорвались на минах и пошли на дно эсминцы «Яков Свердлов» и «Скорый», эсминцы «Гордый» и «Славный» получили тяжёлые повреждения. Арьергард, следовавший вообще без тральщиков, понёс особенно тяжёлые потери.

Вслед за боевыми кораблями подрывались на минах переполненные людьми транспортные суда. Из 905 человек, находившихся на борту транспорта «Элла», спасли лишь 49, из 1500 человек на борту «Эверита» — всего десятерых. В итоге командующий отдал приказ судам встать на якорь до наступления светлого времени суток.

При этом решение было запоздалым — корабли главных сил практически прошли самую опасную зону минных полей, и теперь им необходимо было как можно скорее идти к Кронштадту. Остановка дорого обойдётся участникам перехода.

Мемориал погибшим на мысе Юминда.

Мемориал погибшим на мысе Юминда. Фото: Commons.wikimedia.org

Общие потери флота к этому моменту составляли 26 кораблей потопленными, 5 повреждёнными. Кроме того, два буксира, не имевших вооружения, были захвачены торпедными катерами ВМС Финляндии.

Движение кораблей было возобновлено в 5:40 29 августа. Боевые корабли отрядов главных сил, прикрытия и арьергарда полным ходом ушли в Кронштадт. Остальные корабли продолжали прохождение через минные заграждения, которое завершилось около 10 утра. Одновременно подбирали из воды тех, кто уцелел при гибели судов, подорвавшихся на минах.

Охота на транспорты

Прохождение зоны мин, однако, ещё не означало спасения. С рассвета свои массированные атаки начала немецкая авиация. Средств ПВО на большинстве кораблей конвоя не хватало, а советская авиация не могла обеспечить надёжного прикрытия. Поэтому гитлеровские лётчики били по транспортам, словно по мишеням в тире.

Около часа дня у острова Родшер погиб транспорт «Аусма», около трёх часов дня — «Тобол», в 16:15 — «Калпакс», около 18:00 — «Атис Кронвалдс», в 20:30 — «Вторая пятилетка», в 21:00 — «Вормси». С каждым из этих судов на дно Балтики уходили сотни людей. Ещё несколько транспортов получили повреждения и были уничтожены немецкой авиацией 30 августа.

Передовые корабли флота прибыли в Кронштадт около 17:30 29 августа. Всего к концу этого дня переход завершили 24 корабля. 16 небольшим судам удалось добраться до базы на острове Гогланд.

На следующий день, 30 августа, в Кронштадт пришли 107 судов — все, кому удалось прорваться. В последующие дни под ударами авиации гитлеровцев происходила перевозка тех, кто добрался до острова Гогланд, в Кронштадт. На сей раз удалось избежать потерь. Всего с Гогланда было перевезено более 11 тысяч человек.

Разгромить флот гитлеровцам не удалось

В ходе Таллинского прорыва Балтийский флот потерял 19 боевых кораблей, включая 5 эсминцев и 2 подводные лодки, а также 18 транспортов и 25 вспомогательных судов.

Данные о людских потерях весьма существенно расходятся. На мемориальной доске в память погибших участников Таллинского перехода указано 10 903 погибших. По данным исследователя Радия Зубкова, погибло 15 111 человек. Общее количество тех, кто добрался до Кронштадта, колеблется от 16 до 27 тысяч человек.

Памятная доска, посвящённая морякам, погибшим при героическом прорыве из Таллина в Кронштадт в августе 1941 года.

Памятная доска, посвящённая морякам, погибшим при героическом прорыве из Таллина в Кронштадт в августе 1941 года. Фото: Commons.wikimedia.org

Потери противника оказались минимальными — силы ПВО уничтожили три самолёта гитлеровцев, также получили повреждения несколько вражеских катеров.

Действия командования Балтийского флота во главе с вице-адмиралом Трибуцем многими историками рассматриваются как ошибочные, приведшие к большим потерям.

В то же время нужно признать, что в труднейших условиях командующему флотом удалось привести в Кронштадт большинство кораблей флота и спасти большинство людей. Приказ Гитлера о недопущении прорыва сил Балтийского флота из Таллина немецко-финским подразделениям выполнить не удалось. Несмотря на потери, Балтийский флот сохранил свою боеспособность.

АиФ.ру

Post to Twitter