МУЗЫКА ИЗ НИЧЕГО. Эксклюзивное интервью Александры Пахмутовой

МУЗЫКА ИЗ НИЧЕГО. Эксклюзивное интервью Александры Пахмутовой

Автор таких долгоиграющих хитов, как «Нежность», «Белоруссия», «Команда молодости нашей», «Старый клён», «Как молоды мы были», «Беловежская пуща», «Надежда» и многие-многие другие, интервью СМИ не даёт уже более 20 лет. Однако «АиФ» какое-то время назад удалось уговорить композитора на личную беседу. Далеко не все ответы Александры Николаевны вошли в печатную версию интервью. Вот то, что осталось «за кадром» беседы.

Сергей Грачёв, «АиФ»: Александра Николаевна, помимо эстрадных песен, вами написано немало произведений в жанре академической музыки. Не обидно, что в России их практически не знают?

Александра Пахмутова: Понимаете, можно написать очень хороший квартет или очень хорошую симфонию. Критики одобрят, зрители консерватории поаплодируют. И всё! А если написать удачную песню — приходит феноменальный успех. И если говорить о востребованности академической музыки, то мне обидно не за себя, а за огромную, богатую, невероятную советскую композиторскую школу. Ну что говорить обо мне, если сейчас очень мало звучат такие композиторы, как Шостакович и Прокофьев, например. А их знает весь мир! Нужно привлекать внимание молодёжи к этой музыке. А этого нет. Кто-то скажет: «Молодёжь говорит, что это ей неинтересно!» Ну и что?! Не нужно опускать руки. Пусть молодые люди послушают эту музыку ещё раз, и ещё раз, и ещё раз. Ведь для того, чтобы по достоинству оценить великое, выдающееся литературное произведение, надо просто много читать. Тогда появится интерес не только к сюжету, но и к таинству слова. С музыкой то же самое. В классической музыке, как и в эстрадной, тоже есть произведения, которые могут быть понятны миллионам людей и любимы ими. Я очень люблю музыку, поэтому знаю, сколько есть академических произведений, которые лучше, чем мои, но при этом совсем не звучат нигде.

— Нет ли у вас ощущения невостребованности в настоящее время?

— Этим я абсолютно не страдаю. Может быть, невостребованность и была, но в период общей политической суматохи. Тогда всем было не до песен.

Александра Пахмутова и Николай Добронравов.

— Ваши песни стали, что называется, народными. Они довольно часто звучат и по телевизору, и по радио, их перепевают молодые исполнители. А гонорары вы за это получаете?

— Конечно. Есть российское авторское общество, которое перечисляет мне деньги. Меня они вполне устраивают. Это хорошая прибавка к пенсии. Но гораздо большие отчисления я получаю из-за рубежа. У меня как-то случилась забавная история: позвонил какой-то совершенно незнакомый человек из Израиля с просьбой разрешить ему использовать мою мелодию в качестве звонка мобильного телефона. Это было очень мило.

— Сегодня вы живая легенда. А были периоды в жизни, когда вы были в опале?

— Конечно, были. У меня полно песен, которые запрещали. Одно время напали из-за песни «Малая земля». Говорили, будто бы мы с Добронравовымпосвятили её Брежневу. Потом негатив вызвала «Песня о Ленине». Там были строчки: «Ильич прощается с Москвой». Нам сказали, что Ленин не может прощаться с Москвой. Он навечно в ней. Не пропустили песню про ветеранов Первого белорусского фронта. Это очень ласковая песня, но в ней были строчки: «Любимцем нашим былмаршал Рокосовский, а и лично маршал Жуков повёл нас на Берлин». В то время был один герой — Брежнев. Какие там ещё маршалы?! Сейчас подобное невозможно себе представить, а тогда это было сплошь и рядом. Я звонила в политуправление, кричала, ругалась, но всё это было бесполезно. Впрочем, в основном, песни не пропускали, запрещали из-за текстов. Лишь однажды у меня пытались запретить песню из-за музыки. И эта песня — «И Ленин такой молодой». Она писалась как финальная композиция для съезда комсомола. Но цензорам она показалась слишком сумасшедшей. Роковые барабаны, ритм, энергетика… Попросили всё исправить. Я сказала: «Да-да, конечно! Я подумаю!» Но на самом деле я никогда и ничего не исправляла в своих песнях. В итоге композиция вышла, но спустя года полтора после её написания.

— Композитор Джакоммо Россини как-то сказал: «Дайте мне счёт из прачечной, и я положу его на музыку». Вы могли бы подписаться под этими словами?

— Конечно! Подобные эксперименты очень любил ныне покойный композитор Микаэл Таривердиев. Он мог взять любую газетную статью и написать на основе её текста песню. Поэтам с ним работать было очень легко. А вы послушайте современную рекламу на телевидении. Там же сплошные оратории! Поют прозу на голоса и делают это очень красиво. Так и хочется сказать — сбылась мечта Россини!

— Знаю, что вас долго уговаривали вступить в Компартию. Почему вы так упорно отказывались?

— Дело в том, что в любой идеологической системе, помимо её истинных приверженцев, всегда существуют и те, кто на ней откровенно паразитирует. Возьмите то же христианство: кроме аскетичных страдальцев, святого Себастьяна, Иисуса Христа и других, под прикрытием этой религии хорошо устраивались так называемые «декамероновские» монахи, которые сладко ели, гуляли с женщинами, ничего не делали и, в общем, жили лучше всех. В коммунистической идеологии, как мы знаем, было то же самое. Одни кидались за идеи в огонь, мужественно переносили пытки, бесплатно отстраивали страну, другие прикрывались за их спинами и отстраивали себе чужими руками роскошные дачи. Как раз люди, которые относились к коммунистической идеологии крайне цинично, и тащили меня в партию. Я отлично понимала, что, получив от меня заявление, эти псевдокоммунисты сядут в чёрную «Волгу» и уедут в свои загородные хоромы, а я с этого момента буду обязана на них работать, утопать в новых проблемах. Я бы ничего не написала, вступив в партию, поскольку примитивные серые бюрократы затолкали бы меня насмерть своими поручениями.

— Но вы же писали песни о коммунистах…

— Мы писали о тех святых людях, многие из которых сегодня вынуждены собирать бутылки и рыться в помойках. Или, к примеру, обидно, что о Зое Космодемьянской в настоящее время говорят не иначе как о психопатке. По большому счёту, если бы я поддалась в своё время уговорам и вступила в партию, сейчас бы ни за что не стала сжигать и топтать ногами свой партбилет, как многие. Мне было бы просто стыдно.

— У вас такое количество народных хитов, что кажется, будто вы знаете какой-то секрет. Можно ли вывести формулу хита?

— Формулу вывести можно, но не нужно. Теоретически, я за неделю могу любого научить писать песни, в том числе шлягерные, поскольку хорошо знаю технологию. Существуют конкретные средства, которыми можно вызвать так называемый «скандёж», то есть с помощью определённой ритмики и гармонии заставить зал подхлопывать и подтопывать песне, есть приёмы, вызывающие у человека желание многократного прослушивания той или иной мелодии, но я считаю использование подобных приёмчиков музыкального обольщения нечестным по отношению и к музыке, и к слушателю. Это всё равно, что сознательно вскружить девушке голову, оставаясь к ней абсолютно холодным. Вряд ли великий Чайковский писал свою «Ромео и Джульетту» для того, чтобы обязательно понравиться публике.

www.aif.ru

Facebook Комментарии
Share Button
Vk.com
Odnoklassniki
Адрес редакции: Кишинев, ул. Дософтей, 122, офис 4. Тел. 022 85-60-88;
Рекламный отдел: +373 22 85 60 99; +373 69 24 51 62 / e-mail: exclusivmedia@mail.ru; zelinskaia_nata@mail.ru
PP Exclusiv Media SRL © Аргументы и факты в Молдове; e-mail: info@aif.md