К звёздным тайнам

К звёздным тайнам

Александр Лазуткин – о детской мечте, экстриме и о полётах на Луну

По приглашению общественной организации Dialogum и при содействии международного медиа-клуба «Формат – А3» Кишинёв посетил лётчик-космонавт, Герой России Александр Лазуткин.

 

По следам Незнайки

– Александр Иванович, вы в детстве занимались гимнастикой, окончили школу-интернат спортивного профиля. Как вы попали в космонавты?

– Родился я в Москве, в обычной семье. Отец работал мастером на заводе «Серп и молот», мама – бухгалтером. Как только я начал читать книжки, заинтересовался полётами к далёким планетам. Я не думал о космосе как о профессии, которую хотел освоить, а мечтал как о мире, куда хотел попасть. Интерес возник после прочтения книги «Незнайка на Луне», потом пошла фантастика. Книжка за книжкой – и появилась мечта побывать в космосе. Выбрал стезю авиации, но в лётчики не попал. Зато стал космонавтом.

Когда после окончания МАИ написал заявление в отряд космонавтов, друзья и знакомые засыпали вопросами: «Ты понимаешь, куда идёшь? Где ты, а где отряд космонавтов? У тебя «там» есть кто-нибудь?» Знакомых среди космонавтов у меня не было. Стали одолевать сомнения, пройду ли медкомиссию… По статистике, из 300–400 желающих в отряд космонавтов попадают человек восемь. 90% кандидатов отсеивают по состоянию здоровья. Первая попытка пройти медкомиссию успехом не увенчалась – меня списали. Но я не отступил, потренировался и прошёл проверку. И так три раза, пока не выдержал все медицинские тесты. Сдал необходимые экзамены и поступил в отряд космонавтов.

– Сложно было учиться на космонавта?

– Первые два года проходили в жёсткой учёбе. Приходилось много чего осваивать, сдавать уйму зачётов и экзаменов. Однажды зашёл в учебную часть и увидел там большой лист с фамилиями космонавтов и списком дисциплин, которые мы изучили за два года. А рядом – другой лист с теми же фамилиями и с ещё большим перечнем учебных предметов, которые предстояло освоить уже за полтора года.

Учились и тренировались мы по 12 часов в день, шесть дней в неделю. Помимо общих тренировок, практиковались летать на самолётах, прыгать с парашютом, плавать под водой, выживать в различных климатических зонах. И по каждому виду испытаний – экзамены, экзамены, экзамены… Тогда я сильно жалел, что меня никто не заставлял учиться на отлично в школе и в институте. А в отряде космонавтов нужно было сдавать все экзамены только на пятёрки. В экипажи отбирали по определённым критериям, и в первую очередь – по знаниям. Кто набирал больше пятёрок, тот делал шаг вперёд.

«В космосе приходит осознание того, что наша Земля – тоже корабль, причём с ограниченными ресурсами, который путешествует во Вселенной. И только от нас зависит, не прервётся ли этот полёт».

Кораблестроение при свечах

– Какое впечатление на вас произвёл космодром Байконур, и помните ли свой первый полёт?

– Ещё бы не помнить! Мы приехали в космическую гавань вечером. Было ощущение, что попали в военный Сталинград. Байконур строился и использовался как первый и основной космодром СССР вплоть до распада страны. После чего из союзной собственности он перешёл в ведение ставшей независимой Респуб-
лики Казахстан (сегодня по договору Россия у Казахстана арендует комплекс до 2050 года. Прим. автора).

К 1997 году все специалисты покинули космодром. Жилые пятиэтажные дома стояли как тёмные призраки – ни в одном из окон не горел свет. Стены многих домов покрывала копоть. Казахи, когда стали заселять комплекс, занимали квартиры на выбор. Дома не отапливались, и новые жильцы грелись, сжигая в квартирах оставшуюся мебель. Когда в топку отправлялась входная деревянная дверь, жилец переселялся в новую квартиру. И это происходило в конце XX века, на космодроме, открывшем человечеству дорогу к звёздам!

Когда мы встретились со специалистами, они рассказали, что наш космический корабль собирали… при свечах! При сборке соблюдается множество разных стандартов, и свет полагается по определению. Но в 90-х всюду происходили веерные отключения электричества, и у рабочих предприятия элементарно не было фонариков, они просто не предусматривались! Но экипаж космонавтов все эти «мелочи» не огорчали. «Лишь бы взлететь!» – думал я.

На космодроме обнаружилась ещё одна проблема. Незадолго до нашего взлёта с другого космодрома должен был стартовать такой же ракетоноситель, которому предстояло вывести спутник. Но его не запустили. По всем правилам следовало разобраться, что случилось с ракетой, и отменить все пуски. Но этого не произошло. Хотя мы готовились лететь на такой же ракете. Мы думали только об одном: «Лишь бы всё это не повлияло на наш старт!»

Газеты написали, что впервые космонавты отправляются в полёт на неисправной и непроверенной ракете. Но если бы кто знал, что и сам корабль такой же! Родные волновались за наши жизни, а мы только за то, чтобы полететь. В таких условиях мы стартовали. Вышли на орбиту. А дальше начался полёт.

 

Полгода экстрима

– Александр Иванович, почему ваш полёт был признан самым экстремальным в истории космонавтики?

– Три нештатные ситуации случились в первые два дня. Через пару недель вспыхнул пожар – загорелась кислородная шашка. И дальше понеслось по нарастающей. Позже вышла из строя система, которая производила кислород. Затем произошло космическое ДТП: грузовой корабль «Прогресс М–34» врезался в нашу орбитальную станцию «Мир» и пробил её, произошла разгерметизация. Полёт завершился жёсткой посадкой на землю, когда у капсулы не сработали двигатели мягкого приземления. В общем, за полгода произошло около 40 нештатных ситуаций.

 

Космические хроники

– В космосе при долгом полёте атрофируются мышцы. Делали ли вы упражнения на станции, чтобы замедлить этот процесс? И как это происходило в условиях невесомости?

– Физкультурой занимались дважды в день. Например, чтобы можно было бегать по дорожке, приходилось к ней привязываться. В начале полёта, пока я привыкал к невесомости, две недели не тренировался. Потом радостно подлетел к беговой дорожке, пристегнулся и… не смог встать. Так быстро там атрофируются мышцы. Поэтому тренировки там нужны как кислород.

– Почему никто не повторил полёт на Луну?

– В истории космонавтики существовал период лунной гонки, когда две сверхдержавы – Соединённые Штаты Америки и Советский Союз боролись за то, чтобы первыми оказаться на поверхности Луны. Американцам удалось туда слетать в пилотируемых проектах. В Советском Союзе с пилотируемыми программами не вышло. Но достаточно успешно получились автоматические проекты. Там побывали наши луноходы и три раза с поверхности Луны доставили лунный грунт.

Сегодня изучение космоса стало международным, произошла конвергенция интересов разных стран. В космосе, помимо России и США, появился Китай, на подходе Индия и Европа. За время работы проекта нашей международной космической станции мы подтянули около 30 государств, которые могут смело решать разнообразные задачи. В космосе приходит осознание, что наша Земля – тоже космический корабль, причём с ограниченными ресурсами, который путешествует во Вселенной. И только от нас зависит, не прервётся ли этот полёт.

– Александр Иванович, почему вы были в космосе только один раз? Больше не предлагали?

– Вначале не предлагали потому, что наш полёт признали неординарным: дескать, не техника была виновата, а человеческий фактор. Руководство давало понять, что не хочет видеть нас в экипажах, но оснований для списания не было. Через какое-то время меня зачислили бортинженером дублирующего экипажа на короткую экспедицию. Потом готовился к полёту в составе основного экипажа 14-й экспедиции на МКС. Во время подготовки случился инфаркт, и меня отстранили от дальнейших тренировок, вывели из состава обоих экипажей.

– Чем вы сейчас занимаетесь?

– В 2007 году я ушёл из отряда космонавтов. Три года руководил Мемориальным музеем космонавтики. Теперь работаю на предприятии по изготовлению скафандров. Жизнь сложилась хорошо!

ДОСЬЕ
Александр ЛАЗУТКИН родился в Москве, ему 61 год. В 1981 году окончил Московский авиационный институт (МАИ), получив специальность инженера-механика летательных аппаратов. В 1992 году зачислен в отряд космонавтов. С 10 февраля по 15 августа 1997 года совершил полёт в качестве бортинженера корабля «Союз ТМ–25» и в составе российско-американского экипажа на ОК «Мир». Провёл на орбите почти 185 суток. Удостоен звания Героя России. Увлекается спортом и астрономией.

 

Татьяна СОЛОВЬЁВА

Facebook Комментарии
Share Button

Оставьте комментарий

Адрес редакции: Кишинев, ул. Дософтей, 122, офис 4. Тел. 022 85-60-88;
Рекламный отдел: +373 22 85 60 99; +373 69 24 51 62 / e-mail: exclusivmedia@mail.ru; zelinskaia_nata@mail.ru
PP Exclusiv Media SRL © Аргументы и факты в Молдове; e-mail: info@aif.md